Карлссон, который живет на крыше (Пер. Л. Брауде и Н. Белякова)

Он хотел крикнуть: «Рулле, беги!», но когда Филле пугался, он всегда переставлял буквы.

— Шыстро в бкаф! — заорал он, прячась вместе с Рулле в шкафу.

Они громко захлопнули за собой дверцы и больше не высовывались. Но слышно было, как Филле робко кричал оттуда:

— Меня просили передать, что Рилле и Фулле нет дома, да, их нет, они не дома, они ушли!

После того как Карлссон и Малыш вернулись обратно на крылечко, Малыш долго сидел, повесив голову. Ему было совсем не весело; он понимал, какое тяжелое время ему предстоит.

— Послушай-ка, Карлссон! — начал было Малыш. Но Карлссон его не слушал. Он снова решил попировать и принялся за булочку. В эту самую минуту он как раз хлебал сок из маленькой голубой кружечки, которая некогда принадлежала Малышу, но Малыш подарил ее Карлссону на его предыдущий день рождения три месяца тому назад.

— Ой! — воскликнул Малыш, потому что это была маленькая хорошенькая голубая кружечка, которую вовсе незачем было разбивать."

"Да она и не разбилась. Как раз когда кружечка пролетала мимо ног Карлссона, он ловко поймал ее, зажав большими пальцами ног.

— Отгадай, у кого самые лучшие на свете большие пальцы ног? — спросил Карлссон.

Любовным взглядом окинув маленькие черные колбаски, он долго забавлялся тем, что попеременно то высовывал их из дыр носков, то прятал, все время сгибая и разгибая пальцы.

— Послушай-ка, Карлссон, — снова попытался было заговорить с ним Малыш, но Карлссон перебил его.

— Вот ты умеешь считать, — сказал он. — Как, по-твоему, если я стою десять тысяч крон, то сколько пятиэровых монеток могу я получить только за свои большие пальцы?

Малыш рассмеялся:

— Не знаю. Ты что, собираешься их продать?

— Да, — сказал Карлссон. — Тебе. Ты получишь их совсем задаром, поскольку они уже немного ношенные. И… — задумчиво продолжал он, — как будто чуточку грязные.

— Ты в своем уме? — удивился Малыш.