Карт 2: Робинзоним дальше?

Ещё мысль мелькнула: «Как идеально совпало, словно с моей руки обводку делали. Даже чуть изогнутый, по какой-то неизвестной мне причине, мизинец в границы рисунка отпечатка вписался. Я прошёл ещё одну проверку⁈»

Ага, прошёл… Вляпался!

— Твою!.. — вырвалось у меня непроизвольно, когда приложенную к камню ладонь с силой потянуло вперёд, вовнутрь стены.

— Писец! — вырвалось уже, когда, попытавшись отдёрнуть руку назад, почувствовал, что — фиг! — назад ладонь не идёт!

А свечение начало разрастаться, с каждой секундой становясь всё больше.

Пока я, ошеломлённый, молча наблюдал за происходящим, по ровной поверхности светящегося пятна прошла рябь, закручивающаяся по часовой стрелке в воронку. И тут моя правая рука, всё ещё зажатая в камне, разом вытянулась метра на два. Ну, как в мультиках, когда персонажей затягивает в какую-нибудь воронку.

Тут-то и раздался заполошный визг фурри:

— Мой госпо-один!

— Куда, дура⁈ — завопил я в ответ. — Отцепись!

Кто сомневается, что мой приказ был начисто проигнорирован? Женщина любой расы — остаётся женщиной всегда, и если она решила вас спасти, вам уже ничего не поможет.

Клык промолчала. Но по правде сказать, времени ответить у неё не оказалось. Вслед за рукой растянулась моя голова, реально где-то на метр, а следом и всё тело, одновременно закручиваясь в спираль.

Сколько мы так летели? Вечность или мгновение. Когда собственными глазами видишь, как твоё тело вытягивается в ленту, закручиваясь серпантином, и при этом ты не испытываешь никакого дискомфорта, стоит ли доверять своим ощущениям?

Закончилось это разом. Вот я лечу, — и вот стою, вытянув правую, нормальных размеров, руку почти касаясь… Ярко-розовой, голой, явно мужской, но безволосой груди, взгляд сразу наткнулся на маленькие пробитые соски, на которых висели тонкие кольца жёлтого металла.

Подняв взгляд, увидел морду, одновременно похожую и на свиное рыло, и на лицо чёрта, как его принято было показывать в советских фильмах, только тот был всегда чёрного цвета, а этот ярко-розового.