Карт 2: Робинзоним дальше?

А когда твоего хозяина разглядел да увидел, что он красный возвышенный… Это в таком-то возрасте! У нас на осколке красных всего трое и один оранжевый, но тот совсем безумный затворник. Жив ещё или нет, — не известно.

Гоблин снова замолчал, снова посмотрел в сторону избушки, словно догадываясь, что мы за ним наблюдаем, но явно не сообразив, что смотрим и слушаем с помощью гаргульи.

— Кем бы ни был твой хозяин, он явно пользуется прямым покровительством одного из божества. И помочь вам, возможно, заслужить если не благодарность, то благосклонность вашего покровителя.

Вот только ушкуйников это не остановит, — у них наверняка свои покровители есть. Да и право сильного никто не отменял. В общем, карту я вам передал, безопасный маршрут обозначил, о световых сигналах рассказал, — решайте. Не придёте, — поймём. А придёте, то внакладе не останетесь, — заплатим по стандартной таксе: десять процентов от стоимости посылки. Решайте, а я пойду.

Гоблин развернулся и также медленно пошёл обратно.

Акела смотрел ему вслед, пока тот не шмыгнул в кусты. Харис, тяжело подпрыгнув, захлопала крыльями и полетела на свой пост, — отбоя тревоги ещё не было.

А я понял, что, отвлёкшись на свои мысли, прослушал тот момент, когда гоблин рассказывал о световых сигналах.

— Ролик полностью записал? — ещё раз уточнил я у мажордома. — А то я…

Еле успел закрыть рот, — не стоит всё же вот так публично признаваться в своих упущениях. Не дай бог, репутация, которую я набираю потихоньку, из-за пустяка понизится.

Даже если Глюк не записал, Акела всё запомнил. Должен был запомнить…

— Записал, — развеял мои опасения Глюк.

— Сейчас всех соберём и ещё раз внимательно посмотрим, а потом обсудим. Харис, ты пока на крыше оставайся и малышне передай, чтобы далеко от крыльца не уходили…

Они, конечно, далеко и так не уйдут, особенно Пушистик, периметр не позволит. Но Блуд может увлечься. Тут мне показалось, что я намеренно зацикливаюсь на мелочах, не решаясь подступиться к главной проблеме… Точнее, проблемам, если бы она только одна была…"

"— Друзья, прошу меня простить, за то, что подверг вас опасности и втянул во весь этот геморрой, — склонил я повинно голову после того, как все, кроме гарги, нёсшей вахту на крыше, и малышни, гоняющей крабиков возле крыльца, собрались в кабинете и внимательно просмотрели ролик разговора Акелы с гоблином.