Предатель. Цена ошибки

Ильяс забирает договор, обещает позвонить, когда обо всём договорится – тогда я смогу перевести деньги на расчетный счет.

Неужели жизнь, наконец, повернулась ко мне лицом?

Нужно будет обязательно отсудить у Юсупова что-то стоящее, чтобы расплатиться с Ильясом. Он слишком много работает за банальное «спасибо».

Я стараюсь не засыпать, пока всё не будет решено. А тогда можно будет отрубиться и отдыхать до утра. Во рту так сухо после долгих разговоров, язык царапает губы. Делаю мелкие глотки воды, когда уже можно.

В палате очень жарко, отопление работает на всю.

У меня начинается тахикардия, гипоксия… Да всё тело сбоит, в мозгу полыхает.

На экране высвечивается фотография улыбающегося мужчины.

И подпись.

«Мой муж».

Глава 18. Демид

Я уверен, что это тупая шутка. В стиле Тёмы. Проверить мою выдержку, считать реакцию. Он ведь любит подобное, на грани играть, пока кто-то не сорвётся.

Я тоже такое люблю.

Но не в этот момент.

По жесткому взгляду друга понимаю – не шутка.

А лучше бы она.

Не помню, как возвращаюсь в свою квартиру. На автомате толкаю дверь, сбрасываю обувь. Достаю телефон, отменяю всё, что можно. Вот сейчас – не до того совсем.

– Дём, ты…

– Свали!

Отталкиваю друга, в голове шумит. Давит, сжимает, будто мозги сейчас взорвутся. Оно и к лучшему, может. Ничего не соображаю, не слышу чужих слов. В полнейшей прострации.

Хорошо приложило словами Артёма.

Ударом в солнечное сплетение, до тошноты и желчи во рту.

В первую секунду мне захотелось врезать Рязанову, чтобы тот не нёс чепуху. У нас не получалось завести ребёнка столько лет, а тут – чудом в момент, когда всё развалилось, она оказалась беременной?

Чушь. Я бы меньше удивился, если бы после развода Лиза завела новый роман и тут же стала мамой. Но не сейчас. Точно не в момент, когда между нами всё закончилось.

Во вторую секунду – хотелось прошибить голову о стену. Отрезвить себя, не натворить глупостей.

Аборт бы сделала.

Это лезвиями вонзается в голову. Будто кто с садистским удовольствием режет ножом, проводит по нервам. Вонзает как можно глубже, ворошит всё, что пытался похоронить.

Доигрался, Юсупов?

Сделал всё, как хотел?

Теперь собирай урожай. Захлёбывайся им.

Выкидыш…"

"– Ты уверен? – глянул на друга, не стал уточнять о чём спрашиваю. – Сам проверил?

– Сам слышал.