Каратель

Накануне вечером он позвонил Игорю Родникову и предложил ему место руководителя отдела новостей с зарплатой три тысячи долларов в месяц плюс служебный автомобиль и деньги на текущие расходы. Для Игоря это был просто подарок судьбы, и он с готовностью согласился. Но страхи, связанные с пропажей кассеты и исчезновением Бориса, все еще отравляли жизнь журналиста…

Когда раздался звонок мобильного телефона, Родников уже надевал туфли и через несколько секунд был готов покинуть квартиру, чтобы отправиться в офис «КТВ».

– Да еду я уже, еду! – буркнул Игорь, беря трубку. – Да?!

Он был твердо уверен, что звонит именно Артем.

– Игорь? – прозвучал с того конца линии глухой, чуть хрипловатый голос, который показался Родникову знакомым. – Это ты?

– Да. Извините, не узнаю вас. Кто звонит? – журналист окинул взглядом прихожую, свободной рукой взял со стула «дипломат» и, выйдя из квартиры, захлопнул дверь.

– Однажды мы с вами уже встречались. По делу Фергера… Вспоминаете?

– Что вы сказали? – от внезапной догадки у Игоря даже потемнело в глазах. Нет, такого просто не может быть! Чтобы Ворон, на которого он столько времени безуспешно пытался выйти, раздобыл номер его мобильника и позвонил ему сам – это похоже на какое-то наваждение. Но это факт!

– Да-да, я все помню! Еще как помню! И у меня есть для вас серьезное дело, – затараторил в трубку журналист.

– Подожди, – спокойно, но категорично перебил сыщик, – о твоих проблемах поговорим позже. Ты мне нужен. Приезжай на железнодорожную станцию «Броневая» и жди у дальнего конца платформы. Через сколько будешь?

– Ну… – Игорь мысленно прикидывал, как ему сообщить Артему о внезапном изменении своих планов, чтобы тот раньше времени не заподозрил ничего экстраординарного. Сначала нужно переговорить с Вороном, а уже затем рассказывать Ринге о неожиданном появлении сыщика.

– Значит, через пятнадцать минут, – бросил Ворон и повесил трубку, оставив Игоря один на один с его окончательно запутавшимися мыслями. Родников некоторое время постоял на лестничной площадке, приходя в себя, а потом сломя голову бросился на улицу. Когда он выбежал на дорогу, мимо как раз проезжал потрепанный желтый «Москвич» с горевшим в левом верхнем углу ветрового стекла зеленым огоньком.