Каратель

 – Ворон тоже не из тех сопливых желторотиков, что позволяют легко себя убрать… Он – хищник. Опасный, хитрый! – бывший чекист бросил взгляд на идущий впереди «Мерседес» Бизона и добавил, понизив голос почти до шепота: – За сутки до того, как в Алжире взяли нашего резидента, у меня было такое же чувство, как сегодня. Холодная пустота…

И, чисто машинально, Владимир Николаевич провел ладонью по левой стороне груди, где под пиджаком висела специальная милицейская кобура с пистолетом Стечкина.

– Хотя очень может быть, что я ошибаюсь, – закончил он и взял лежавшую рядом с ним на сиденье трубку сотового телефона.

Черный «Мерседес» медленно поворачивал на прямую аллею, в конце которой уже светились прорывавшиеся сквозь пелену дождя яркие огни самого респектабельного в городе ночного клуба – «Манхэттен».

– Саша, внимание! – раздался в наушнике Пня четкий голос «Макса». – Похоже, что прибывает наш приятель. Приготовься. Если придет подтверждение, что это действительно он, ты знаешь, что надо делать.

– Я готов, – непослушными от холода губами ответил наркоман. – Держу на прицеле подъезжающий «мерс».

Кортеж Бизона плавно подрулил к ступенькам клуба, на которых уже стоял сам Николай Гаврюков в окружении розовощеких упитанных мужчин в смокингах и двух швейцаров с раскрытыми зонтами. «Мерседес» и «Ниссан» остановились практически одновременно, из джипа тут же появились двое телохранителей, которые встали по обе стороны правой задней дверцы «Мерседеса». Один из них, тот, что был постарше, внимательно смотрел по сторонам, а второй услужливо открыл дверцу.

Из салона автомобиля вальяжно вылез улыбающийся Янис Калбергс, по кличке Бизон. На фоне его белого смокинга и белоснежной рубашки с воротником-стойкой ярким пятном выделялась красная «бабочка». Подоспевшие швейцары раскрыли над вновь прибывшим гостем огромные черные зонты.

– Толстый клиент в белом смокинге! – послышался в ушах у Пня четкий голос блондина. – Повторяю – клиент в белом смокинге!

– Вижу, не слепой… – прошептал наркоман, которого вдруг охватила сильная нервная дрожь, и навел центр прицела на голову вылезшего из «Мерседеса» толстяка.

Пень не мог не узнать Бизона, и это было для него настоящим шоком. Он ожидал, что ему придется убрать кого-то из визуально знакомых питерских криминальных боссов, но чтобы Яниса!.. Сглотнув подкативший к горлу комок, Пень покрепче упер приклад в плечо и приготовился нажать на спуск.