Каратель

Как только застрелишь клиента – разбираешь оружие, убираешь его в чемодан, цепляешь за карабин на поясе, достаешь бухту веревки и бросаешь вниз. В центре винтовой лестницы узкое отверстие. По ширине оно как раз подходит для того, чтобы спуститься вниз. Уже проверяли… Потом хватаешься руками за приспособление на канате и скользишь вниз. Справиться нетрудно, но все же смотри, не сверни шею второпях.

– Постараюсь, – кивнул Пень и преданным взглядом посмотрел на собеседника, уже давно сообразив, что он здесь старший. – Я справлюсь.

– Главное – не надо пороть горячку. После того как «клиент» будет готов, у тебя останется не менее двух минут, чтобы покинуть место выстрела. Вполне достаточно, чтобы добежать до финской границы… – мужчина чуть улыбнулся. – Веревку не трогаешь, выходишь из собора и бегом к машине. Вечером, когда темно, вокруг развалин, как правило, нет ни души, но ты все же поглядывай по сторонам, на всякий случай. Если увидишь кого постороннего – беги в противоположную от машины сторону. Все ясно?

– Да вроде не глупый, – осклабился Пень, пряча черную спецназовскую маску в карман куртки.

 – Куда мне потом ехать, когда все будет закончено?

– Обо всем остальном узнаешь тогда, когда придет время, – ответил вмешавшийся в разговор «Макс». – На вот, примерь игрушку… – блондин протянул руку, и наркоман увидел на его широкой ладони два странных предмета, один из которых показался ему на удивление знакомым.

– Это наушник и микрофон, – опережая догадки Пня, сообщил «Макс». – Наушник – как слуховой аппарат: цепляешь за ухо и вставляешь вот эту хреновину прямо в ушное отверстие.

Микрофон при помощи «крокодильчика» цепляешь за отворот куртки. Включать ничего не надо, связь с нами будет поддерживаться постоянно. Мы тебя вызовем, когда потребуется. Давай, экипируйся! – блондин подождал, пока Пень примерит «слуховой аппарат» и закрепит микрофон, а потом продолжил: – Вокруг собора ржавая металлическая ограда, но возле склепа прутья разогнуты, так что пролезай там. В само здание попадешь через провал на другой стороне…

– Надеюсь, не возникнет неожиданностей типа пацанов, которые заходят долбануться «Моментом» в укромном уголке, или бомжей, ночующих в развалинах? – спросил, закуривая, Пень.

 – Знаю я такие уголки… Там всегда все засрано и кругом валяются пустые бутылки. Для алкашей и бродяг такое место просто рай земной!

– Не волнуйся, – успокоил смахивавший на Розенбаума мужчина, – святой Альберт почему-то никому не приглянулся. Тем лучше для нас.