Капкан для невесты (СИ)

Что с ним такое?! Лихорадка? Столбняк? Эпидемия какая-то?! Паралич?

Я бегу следом за врачом по лестнице, быстро его обгоняю и смотрю сверху вниз, как он спешит по ступенькам, но спешит недостаточно!

— Для врача, который находится на быстром наборе, вы слишком медленны!

— В сторону, — сдвигает меня рукой.

Я — за ним следом.

Сулим Тимурович склоняется над Лорсановым.

— Привет, старая перечница, — ощупывает осторожно. — Давно приступ?

— С раннего утра. После зарядки.

Я замечаю большое полотенце, сброшенное на пол.

— Зарядка? Не похоже, что это была простая зарядка.

— Поднялся из зала. Успел принять душ, дойти до кровати и все. Накрыло, — едва слышно свистит Лорсанов.

— А я предупреждал. Теперь без операции не обойтись.

— Нет. Только не это.

— Увы, но это уже не тебе решать. На носилки его.

Лорсанов пытается возразить еще что-то, но отключается.

Все ускоряется в тот же миг.

Все спешат. Но действуют сосредоточенно.

Я бегу следом, чудом успев схватить рюкзак, бутылку с водой, два телефоа и зарядное устройство.

Я так спешу, что только после прибытия в больницу замечаю, как именно я надела кроссовки: перепутав левый с правым и даже не зашнуровав, как следует.

***

Маюсь в коридоре.

Так страшно…

Ужасно…

Эти стены безразличные и холодные.

Палаты.

Окошки в двери каждой из них, как пустые глазницы смерти.

Я боялась больниц. На каком-то животном уровне.

Может быть, еще с момента рождения впитала запах двойной потери.

Шок.

Травма на подсознательном уровне.

Поколачивать начинает.

Раньше всегда с папой ходила. Всегда-всегда…

Даже не так давно, год назад, когда зуб заболел и пришлось его лечить, со мной, совершеннолетней девицей папа в стоматологию отправился и рядом сидел, зная, как сильно я всего этого боюсь.

Мачеха только глаза закатила и ядовито брызгалась словами, что Зумрат Хадиевич меня балует, а я пользуюсь его добротой и корчу из себя малышку, которой уже не являюсь.

В больницах так страшно.

Но со мной всегда рядом был папа.

Сейчас его рядом нет, и я точно знаю, что с Лорсановы происходит что-то нехорошее, пугающее.

Доктор пригрозил ему операцией, и мои нервы начинает разматывать паникой, как клубок, скатившийся на пол с колен.

Так страшно. Непередаваемо страшно!

Дышать нечем…

Мне бы уйти.

Убежать отсюда!

Ноги так и горят от желания вырваться из пугающих стен.

Или позвонить отцу.

Услышать его голос.