Капкан для невесты (СИ)

Не по-настоящему же я сравниваю! Камилла, эта притихшая бестия, и рядом с моей женой не стояла.

Подумаешь, пожрать приготовила… Их этому с детсва учат!

Отломив кусок кукурузной лепешки, макаю его в соус острый. Камилла замирает, не уточняет, но я вижу, как пристально она следит за моей реакцией.

— Сносно.

— Что?

— Съедобно. Ты не спрашиваешь, но наблюдаешь. Вышло довольно сносно.

— Значит, съедобно, — стискивает кулачки.

На большом правом пальце виднеется пластырь.

— Что с рукой?

— Порезалась. Ерунда.

— Почему не ешь сама?

— После шести не ем. Мне похудеть надо.

— Похудеть?! Тебе?!

— Да. Надо… Не спрашивай. Это для танцев.

— Ты же не серьезно!

Куда ей худеть? И так стройная, точеная…

— Нет, не серьезно, конечно. Просто в еде — яд. Травить себя не хочется."

"Я не донес кусок баранины до рта, застыл.

Откладываю мясо в сторону. Мою жену отравили… Аппетит мгновенно пропал.

— Это шутка. Простая шутка!

— Не смешно. Убери со стола. Живо!

С грохотом отодвинув стул, я быстро удаляюсь.

— В чем дело? Было невкусно?! — смотрит мне вслед Камилла.

Дело в том, что, как раз наоборот, слишком вкусно. Слишком нравится мне компания этой девчонки… Слишком…

— Прибери со стола. Поднимайся к себе и не выходи из комнаты. У меня будут гости.

Гостья…

Глава 12.

Камилла

Что же я могла сделать не так? Почему Лорсанов так сильно обиделся и просто отослал меня прочь! Еще и со стола приказал убрать. Я же так старалась, готовила. Когда пробу снимала, была к себе требовательна, но признала.

Он же поел совсем немного и приказал убрать. Еще и в комнату отослал, приказал не выходить.

Я словно провинившийся солдат в казарме.

Взаперти сидеть скучно. Я без конца хожу по комнате, меряя ее шагами. От злости и бессилия дышать трудно. Пальцы сжимаются в кулаки, ногти впиваются в ладонь.

Какой мерзкий мне жених достался! С ним ни поговорить, ни поужинать! Чего он хочет? Неясно! Какие цели преследует?! Тоже непонятно.

Примерно через час после ужина Лорсанов появляется в моей комнате.

Чурбан одичавший звучит намного приятнее, чем чурбан бесчувственный. Есть небольшая надежда, что он придет в себя и перестанет быть таким невыносимым.