Капкан для наследницы

«Он что, издевается надо мной? На что он постоянно намекает? Мало того, что шлюха, так я еще и алкоголичка? Ну и букетик! Господи, ну почему ты не нашел моей душе другую оболочку? Лучше бы я была монахиней. В чем я провинилась перед тобою? Верни меня назад!» – чем больше я узнавала о себе, тем обиднее и неприятнее становилось на душе.

– Идем обратно, мне надоело вспоминать! – Я психанула, развернулась и поспешила наверх.

Никита Петрович, ухмыляясь, брел сзади, ему нравилось садистировать надо мной. Он определенно получал удовольствие, напоминая мне о нелицеприятных фактах моей биографии.

Пока мы бродили по подземным казематам, здесь, наверху, народ уже суетился вовсю. Наверное, мой муж, прежде чем спуститься, отдал, незаметно для меня, команду к началу рабочего дня.

На кухне занималась приготовлением пищи незнакомая мне женщина, вероятно, это была Лида.

– Доброе утро, Эмма Львовна.

Какое же оно доброе?

Парни из охраны сновали туда-сюда и доброго утра мне не пожелали. Колян подошел к Никите, о чем-то отчитался и, получив указания, куда-то испарился.

Отзавтракали мы с Никитой Петровичем вдвоем. Таких гастрономических изысков, как накануне, не было, все было просто, традиционно и сытно. Овсянка, тосты, масло, сыр, джем и кофе – вот и все, что стояло в это утро на столе.

Доктор так и не спустился. Должно быть, ему было совсем худо. А может, он просто боялся показаться хозяину на глаза, сидел в своей комнате или куда-нибудь уехал.

Я намеренно молчала. Мне было досадно и за себя, и за Эмму. Я поймала себя на мысли, что уже не разделяю себя с этой женщиной.

«Да какое он имеет право постоянно намекать на беспутную молодость Эммы. Детство у нее было тяжелое. Кем она еще могла стать? Ей нужна помощь! А если всякий раз напоминать о грехах юности, то она, то есть я никогда не стану на путь исправления.

«Кстати, надо его обозвать как-нибудь покороче да пообиднее».