Капкан для Бешеной

Провинциалы, толкавшиеся возле ЦУМа, оторопело таращились на его папаху, шашку и сияющие погоны – вполне возможно, кто-то из селян и полагал в простоте душевной, что узрел взаправдашнего генерала, запросто гуляющего по улицам град-столицы.

С третьего звонка атаману повезло. Прижимая трубку к уху, что ни миг оглядываясь, он возбужденно затараторил что-то. Ни она, ни Паша не смогли с такого расстояния разглядеть, какой номер он набирал – но такой задачи Даша перед собой и не ставила.

– Ты смотри, – сказала она. – Просиял, сукин кот, утешили деточку, чтоб мне с места не сойти… Стоять!

Повисла у Паши на шее, подобно нынешним раскованным малолеткам, нежно прильнула, спрятала лицо у него на плече и зашептала:

– Чуть-чуть вправо повернись… ага… он на нашу сторону переходит… теперь меня влево поверни… больше страсти, непринужденно…"

"Прохожие равнодушно обтекали их, причем никто даже не пытался залезть в карман – коли уж везет, так везет, возле ЦУМа исстари работали щипачи, не пропускавшие подобной оказии.

– Ну что там, хахаль? – спросила Даша.

– Ловит… опа, есть!

– Все, поамурничали. – Она вывернулась из его рук и махнула своему шоферу. – Паша, когда будем ехать, проверяйся…

Нет ничего проще, чем следить за случайной машиной, водитель которой и не подозревает, что стал объектом слежки.

Через пару минут „жигуленок“ замигал правым поворотом, прижался к тротуару и высадил пассажира.

– Пешком дойти не мог? – фыркнул Паша. – Тут два шага…

– Это он след сбивал, – сказала Даша. – В меру интеллекта… – Обернулась к шоферу: – Направо, во-он туда!

– Сам знаю, – проворчал тот по привычке всех водителей. – Сейчас у магазина встану, маневр обеспечен…

Машина остановилась у небольшого квадратного скверика, некогда разбитого в честь классика советской литературы Шишкова.