Капкан для бешеного

И вот сейчас я стояла перед заведующим отделением хирургии, пытаясь все-таки отмазаться от нового пациента:

— Святослав Михайлович, а может, Василию отдадите? — в очередной раз скривилась, всем своим видом показывая, как мне дороги эти пациенты, будь они не ладны. — У меня и так завал! — провела тыльной стороной ладони по горлу, но наш горячо любимый шеф (как мы его ласково за глаза называли) был непреклонен:

— Орловский Феликс Германович, — кинул на стол историю болезни. — Забирай, — ткнул в меня пальцем.

 — И без разговоров, Краснова. Там друг нашего больного потребовал лучшего врача. Считай это комплиментом.

Выдохнула. Резко. Схватила бумажки и фыркнула на ходу, демонстрируя заведующему спину:

— Ну спасибо, дорогой Святослав Михайлович!

Вот же, счастье-то привалило. Хотя сама же вчера предполагала, что отдадут Феликса в мои нежные, но надежные руки. Только вот сегодня передумала — да, непостоянная я. Имею, между прочим, полное право.

Только вот как в палату-то зайти? Чтобы не заметил этот негодяй, как руки мелкая дрожь бьет.

Хорошо еще Маринка с расспросами не приставала, а то бы точно я вспылила раньше времени.

А может, он меня не узнает? Думаю, за это время не одна женщина побывала у него в постели. Ой, какая мне вообще разница?

Правильно, никакой. Я просто выполняю свою работу.

Переступила порог палаты, перед этим сделала несколько дыхательных упражнений и сразу же наткнулась на удивленный взгляд мужских глаз.

— Ну нифига себе! — Феликс действительно был удивлен и даже не скрывал этого.

 — А я думал, что мне показалось, когда голос твой слышал в реанимации, — намерено, как я полагаю, сделал паузу, а после расплылся в улыбке: — Здравствуй, Малинка! Вот ты и попалась!

Да уж, тут трудно спорить.

Только вот мужские глаза сейчас обещали отнюдь не райское наслаждение. Несколько минут назад думала о том, что он меня забыл, а сейчас жалею, что это не так.

Боюсь, мои проблемы только начинаются…



Глава 14

Феликс

Сознание медленно возвращалось ко мне.

Что-то мерзко пищало над ухом, отдаваясь колокольным звоном в башке, еще и где-то вдалеке, как в тумане, услышал женские голоса:

— Как он, Наташ?

— Все в порядке, — тишина, лишь только писк над ухом раздражал, как муха назойливая. — Да вы не переживайте, Анжелика Сергеевна, — и снова молчаливая пауза, а я попытался глаза открыть. — Придет он в себя, парень крепкий. У него показатели, как у космонавта.

Малинка. Точно она.