Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

Спустя секунду он справился с удивлением и, переглянувшись с братьями, спросил:

– А вы понимаете, чем это грозит?

Мы, конечно, понимали и одновременно верили, что долго это не продлится. Ведь если жертва не сопротивляется…

– Лучше признайтесь, – заявил Осб.

– И что тогда?

Удивительно, но судья растерялся – словно вообще об этом не думал и согласия нашего не предполагал.

Зато старший «поросёнок», Идгард, сориентировался быстро…

– Тогда будем жить в мире и согласии, – заявил он.

– То есть отстанете от нас? – уточнила я.

Вот теперь старшенький тоже задумался, только зря. Смысл размышлять, если ответ моментально проступил на лице? Вернее, на лицах всей четвёрки…

Как итог все притворились, будто ничего не предлагали. Словно мы с Вирджем уже сказали самое категоричное «нет»!

А ещё к нравоучениям перешли…

– Врать маме – это очень плохо, – сообщил Тунор. – И оставить вашу ложь безнаказанной мы, конечно, не можем.

– Не поразвлекаться за наш счёт тоже сложно? – съехидничала я.

В ответ поймала уверенный кивок и уже четыре широченные улыбки. Глядя в счастливые лица высокопоставленных оболтусов, я не выдержала и вздохнула. И спросила уже серьёзно:

– Зачем вам это всё?

– А почему нет? – отозвался Идгард.

– К тому же наш мелкий упускает отличную девушку, – добавил Осберт. – А мы, если помнишь, совершенно не женаты.

Я закатила глаза и испытала огромное желание обозвать младшего судью Верховного суда Империи дураком. Ну и что, что они не женаты? Я-то тут при чём?

– Я…

– Дочь юриста, – верно угадав мысли, перебил Селвин, – и, по идее, нам не пара.

– Что?! – Нет, я действительно не поняла."

"– Дед, – повторил уже Тунор. – Он человек жесткий и очень ценит людей с характером. И то, как ты держалась за завтраком, как реагировала на всё происходящее…

– Издеваетесь? – всё-таки перебила я.

Четверо блондинов расцвели новыми улыбками и, вопреки ожиданиям, отрицательно замотали головами.

– Мы серьёзно, – сказал Селв. – И если ты в кого-то из нас влюбишься…

– Не влюблюсь, – заверила я хмуро.

Моя категоричность вызвала самую дурацкую реакцию – мужчины зафыркали, непрозрачно намекая, что кто-то очень и очень наивен. Это стало последней каплей – я залпом допила остатки вина и, отставив бокал на стол, отправилась к мольберту. Хотела посмотреть на картину ещё раз, дабы понять, что удалось, а что придётся завтра исправить.