Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

– Нет-нет, – заверил старый лис. – Всё в порядке.

Леди Элва тоже не выдержала, выдохнула практически с мольбой:

– Вы только закон не нарушайте.

Лорд Джисперт от столь бестактного намёка аж подавился, а маркиза сразу потупилась и притворилась, будто вообще ничего не говорила.

Через пару дней трио в составе Осберта, Селвина и Тунора благополучно нас покинуло. Все трое сослались на то, что их рабочие будни начнутся раньше окончания каникул, но было очевидно – главная причина в другом.

Ведь развлекаться за счёт парочки фиктивных возлюбленных уже не получалось, а подтрунивать лично над гостьей запретили.

Зато Идгард, как и обещал, остался. Он по-прежнему не пытался искать встреч и в мою комнату в ночи уже не заваливался. Я такому положению очень радовалась и одновременно злилась на себя за то, что сердце замирало от одной только мысли о нем."

"Вторым поводом злиться были многочисленные эскизы его портретов.

Идгард анфас, Идгард в профиль, Идгард вполоборота… Идгард хмурится, Идгард улыбается, Идгард ехидничает… Идгард…

В общем, лучше бы потратила это время на интерьеры! Или на зарисовку старинных узоров, отраженных в лепнине. Их, в отличие от карандашных портретов мага, можно приобщить к моему «алиби» и продемонстрировать Ламее.

Нет, понятно, что Ид обязательно спасёт от излишне агрессивных коллег, то есть алиби теперь вряд ли понадобится, но всё равно.

Оставшиеся две недели каникул пролетели, словно миг, а отъезд получился довольно слезливым. Первой расклеилась леди Элва, до которой наконец дошло, что «девочка не останется», а за ней уже я…

Я сама не плакала, но носом шмыгала весьма активно – оказалось, за это время очень привыкла к семейству тес Вирион и расставаться было действительно сложно. Ещё большую печаль вызывало понимание – это было в первый и последний раз.

Мужчины, включая лорда Джисперта и лорда Стина, реагировали гораздо спокойней, а его светлость даже сказал на прощание:

– Айрин, приезжай просто так, без Вирджика. Мы будем рады.

Я ответила на вежливость герцога не менее вежливым кивком и направилась к мобилю. Весь багаж был уже загружен, а единственный предмет, который не пожелала упаковать и несла в руках, – помещённый под стеклянный купол азанарис.