Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

Тот самый, где каждому обладателю проклятой магии подбирают пару.

– Айрин? – тихо позвал кто-то, а я вдруг поняла…

Да, с огромной задержкой, но осознала, какая я всё-таки дура! Ведь всегда, с самого начала знала, что Древняя кровь просыпается прежде всего у аристократов. Более того, Древняя кровь считается этаким символом родовитости, а семья тес Вирион…

О небо! Как же я могла так сглупить? Приехать сюда, к ним?

– Айрин, дорогая, – вот теперь голос я опознала, это звала леди Элва. – Тебе плохо?

– Да, – не стала лукавить я.

Маркиза глянула с удивлением, остальные тоже насторожились, и пусть я понимала, как это будет выглядеть со стороны, но…

– Простите, мне лучше вернуться в комнату. – И уже не всем, а главному бабнику нашего университета: – Милый, пожалуйста, проводи.

Вирджин нервно сглотнул и кивнул с бо-ольшим запозданием. Потом поднялся из-за стола и галантно протянул мне руку.

Я ее, конечно, приняла и, одарив вежливой улыбкой озадаченных аристократов, встала. Оставалась малость – дотерпеть до того момента, когда покинем торжественный зал и окажемся вне поля зрения семьи.

Глава 13

Вирджин шел медленней, чем хромая черепаха, но я не торопила. Во-первых, действительно чувствовала дурноту, а во-вторых – смысл торопить, если деться сообщнику всё равно некуда?

Глядя на вот такую мою покладистость, красавчик, видимо, решил, что всё не так плохо и в какой-то момент заметно расслабился. Переубеждать его я опять-таки не стала, даже наоборот – нацепила на лицо маску этакой невинности.

Когда вышли из зала, я извернулась и словно невзначай прикрыла дверь. И позволила синеглазому увлечь себя дальше – по направлению к следующему залу и уводящей на жилые этажи лестнице.

А где-то на середине второго зала сердце моё всё-таки не выдержало – я остановилась, повернулась к провожатому и, ухватив того за лацканы камзола, процедила:

– Как это понимать?

Вирдж скривился так, словно самый кислый лимон съел. И бровки домиком поставил! В глазах цвета летнего неба отразилась мольба, но я была непреклонна.

Убью! Разорву на мелкие кусочки и закопаю в том самом университетском сквере, где должны прикопать меня. Придушу! Изничтожу! Глаза бессовестные выцарапаю!

– Айрин, я…

– Привёз меня для того, чтобы свести с Идгардом, верно? – перебила я.

Красавчик отвёл взгляд, пробормотал:

– Ну почему сразу свести…

Я клацнула зубами и, кажется, зарычала.