Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

– Да уже началось, – отозвался Ид.

Я застыла с поднесённой ко рту ложечкой, а герцог Раванширский заявил сокрушенно:

– Опять железнодорожные пути заметёт. Опять придётся чистить.

– Так каждый год чистим, – весело фыркнул Тунор.

Вот теперь я очнулась и… нет, не выдержала. Отложила ложечку и, некультурно водрузив локти на стол, закрыла ладонями лицо.

Столовая сразу погрузилась в молчание, а через несколько секунд…

– Айрин, девочка моя, что случилось? – позвала Элва. – Тебе плохо?

– Очень, – призналась я.

Опять молчание, но продлилось оно недолго.

– Мм-м… – протянул сидящий рядом Селвин. – Малышка, я правильно понимаю, что ты собиралась от нас сбежать?

Я не ответила, однако слов тут и не требовалось. Всё было предельно ясно.

– Всё-таки довели, – резюмировала маркиза со вздохом.

Когда я решилась поднять голову, вниманию предстала весьма своеобразная картина… Леди Элва вынырнула из своей неадекватной хандры и превратилась в этакого миниатюрного белокурого коршуна.

"Она переводила взгляд с одного сына на другого и недвусмысленно поджимала губы. Если бы в этот миг прозвучало заявление о том, что «поросят» лишают всех титулов и наследства, я бы не удивилась – настроение маркизы было именно таким.

Однако лично я зацепилась за кое-что другое – за неожиданную и вместе с тем закономерную мысль. За догадку, которая должна была посетить ещё утром, в момент столкновения с рыжеволосой воблой…

Ведь Дафна – поклонница искусства и довольно часто наведывается не только в Ристаун, но и в наш университет… И вот вопрос: могла ли такая дама не поинтересоваться жизнью младшего сына своей подруги? А не поделиться добытыми сплетнями с Элвой могла?

Как итог я уставилась на маркизу с большим подозрением.

Леди Элва интерес, конечно, заметила и, тут же утратив агрессию, позвала:

– Айрин?

Я подумала и промолчала. Вопрос был слишком провокационным, чтобы задавать вслух, да ещё при всех.

Глава 11

Спала я не просто плохо, а совершенно отвратительно, но виной тому не снегопад, который начался вечером, а жжение в левой руке. Кожа на внутренней стороне буквально горела, вызывая желание залезть на стену. Тем не менее я терпела и даже пыталась уснуть.

Причины? Они были очевидны – эмоции.