Камень и пламя

Взрыв реактора вбил остатки рейдера в контейнеровоз, сплавив их в монолит, а Ник увел свой корабль за боковой пилон контейнеровоза, спасаясь от летящих, словно шрапнель, обломков.

Передняя панель уже вовсю полыхала красным, сообщая о массовых повреждениях корпуса, но четыре пушки из восьми и главный привод были в порядке, поэтому Ник, заложив крутой вираж, снова бросил машину в бой. За несколько минут схватки ситуация изменилась довольно резко. «Нигара», видимо получив критические повреждения, вышла из боя, а из пиратских кораблей осталось только трое.

"Видя, что все они отвлеклись на поединок с крейсером, Ник дал форсаж и залпом пустил все четыре торпеды, что были у него на борту. Ближайший к нему пират успел отреагировать на новую угрозу, резко рванув в сторону, а двум остальным не повезло. По торпеде на рейдер не оставили пиратам ни малейшего шанса на выживание. Не подкачали и канониры «Крессы», нашинковав последнего врага сталью.

Изрядно ощипанная, но не побежденная группа встретила контролеров, фиксировавших убытки частной собственности, и, не дожидаясь смены, взяла курс на базу, так как всем кораблям требовался серьезный доковый ремонт.

Встречали их как героев, и даже начальник базы не стал произносить никаких речей, а просто пожал руку членам экипажей. Тем, конечно, кто остался в живых. Удар шрапнели, который прошелся по «Нигаре», выбил две трети экипажа, и лишь героическими усилиями оставшихся в живых корабль удалось спасти. На «Крессе» тоже были убитые, хотя и всего трое.

Сам Ник чуть не плакал, когда ходил кругами вокруг своего штурмовика. Пробоин было столько, что было вообще непонятно, как машина дотянула до базы. Если бы не бронекапсула пилотского отсека и кресло из прочной стали, самого Ника в виде фарша сейчас отскребали бы ремонтные дроны.

Но, несмотря на некоторое уныние, он все же составил список всего необходимого оборудования и материалов и пошел с ним к заместителю начальника базы.

— Садись. — Флаг-коммандер качнул головой в сторону кресла и, не вставая, склонился назад, доставая из шкафчика бутылку. — Я знаю, что ты не пьешь, — кивнул он в ответ на протестующий жест Росса. — Я совсем капельку. Помянем парней.

Жгучий напиток мгновенно растекся по языку, и Ник едва сдержался, чтобы не закашлять.