Камасутра для Микки-Мауса

Поэтому детства ни у Наты, ни у Магды не было.

Им предписывалось с утра бежать в школу, потом, быстро перекусив, идти на тренировку, затем, еле волоча ноги от усталости, брести домой и усаживаться делать уроки. Никаких прогулок на свежем воздухе, игр с подругами, болтовни по телефону или просмотра телепередач. Если Ната вдруг задерживалась под душем, мать принималась колотить в дверь и орать:

– Чем занимаешься, а? Нечего балдеть, выходи, двоечница.

Последнее замечание, к сожалению, было справедливым.

– Баловство это, – ворчала Клава, – лучшее украшение девушки чистота. Вот найдете мужей, тогда и станете щеголять, в чем захотите, а пока вас родители содержат, говорите спасибо за то, что есть.

Клава экономила и на питании: постоянной едой была картошка, макароны, гречка. Ни овощей, ни фруктов, ни конфет, ни мороженого… Наверное, поэтому девочки получились мелкие, тонкокостные, прозрачно-худые. Ната выглядела десятиклассницей, хотя уже работала маникюршей, а Магдалена в восемнадцать (ее отправили в школу в восемь лет) казалась тринадцатилетним подростком.

Сестры были очень дружны. По ночам, когда стихали вопли матери, а отец-алкоголик храпел на диване, девочки ложились в одну кровать и мечтали."

"– Вот умрут Клавка с Юркой, – бормотала Ната, – квартира нам достанется. Эх, заживем лучше всех. Или я замуж выйду, а тебя к себе заберу.

Магда только вздыхала и прижималась к старшей сестре. Когда еще это все случится! Ждать, не дождаться.

Нате, несмотря на то что она закончила курсы и работала, все равно предписывалось являться домой сразу после окончания смены и приниматься за уборку и готовку.