Камасутра для Микки-Мауса

Пока я, хлопая глазами, слушала Лизавету, Магда сняла ботинки, прошла к себе в спальню и выскочила с воплем:

– Тут еще одни ролики!!!

– Вот здорово! – Я постаралась исправить идиотскую ситуацию. – Две пары! Такого ни у кого нет. В понедельник, среду и пятницу будешь кататься в одних, в четверг, субботу и воскресенье в других!

Лизавета покраснела.

– Вечно ты, Лампудель, всем удовольствие портишь идиотскими поступками.

Я хотела возмутиться, но тут из сада долетел вопль:

– Эй, Магда, выгляни в окошко, дам тебе горошка.

Мы высунулись наружу. На дорожке, под цветущим жасмином, стоял улыбающийся Кирюшка, в руках он держал коробку.

– На, – сказал мальчик и протянул Магде картонный ящик.

– Спасибо, – растерянно ответила та, разглядывая еще одни ролики."

"– Надевай живо, – велел Кирюша, – ща учиться станем. Фу, устал, прямо весь город исколесил, нигде нужного размера нет. Больших сколько угодно, а маленькие как корова языком слизала. Взял тридцать седьмой, на носок сойдут. Чего молчите? Не нравятся?

– У нее уже есть ролики, – сердито ответила Лиза.

– Откуда? – подскочил Кирюшка. – Где взяла?

– Ей Лампа купила! – заявила Лизавета.

– Вот, – огорчился Кирюшка, – всегда так! Весь день угробил, мотался, а Лампудель кайф сломала!

– Но ведь я не знала о ваших планах, – попыталась отбиться я.

Кирилл вбежал на веранду.

– Елки-палки! – воскликнул он. – Зачем ты две пары приперла?

– Эти от Лизы!

– И что теперь делать станем?

– Одни можно Оле Балакотовой на день рождения отдать, – заявила практичная Лизавета, – все равно подарок покупать придется.

– Ага, – забубнил Кирюшка, – а мои, значит, выкинуть?

– Точно. – Лиза не упустила момента поддеть его.

Мне стало жаль мальчика.

– Очень хорошо, что ты принес ролики, я целый год о таких мечтала.

– Ты? – хором вскинулись дети.

– Именно, давно думала купить, буду на них за хлебом бегать, быстро и удобно.

– Вот что, Лампа, – оживился Кирюшка, – надевай, ща будем учиться.

Тут только до меня дошло, какой капкан я поставила сама на себя.

– Уже поздно, потом, завтра.

– Нет, сейчас, – вцепились в меня дети.

Не успела я и охнуть, как Кирюшка зашнуровал на мне ботинки и вздохнул:

– Эх, нету наколенников, упадет ведь, расшибется.

– Правильно, – обрадовалась я, – завтра куплю амуницию, и начнем.

– Давай ей на колени нацепим чашечки от купальника, – затараторила Лиза, – запихнем туда вату и привяжем к ногам.

– А голова? Шлема нет, – пискнула Магда.