Как воспитать приют и мужа

– Прекрасно. Замечательно просто!

За маленькой перебранкой мы и забыли о маме. Она тем временем поднялась на ноги и гордо одернула смятый сарафан. А потом набрала воздух и активировала ультразвук, хорошо знакомый мне по детству. Он не то, что вызывал меня с сестрой с детской площадки, а только чудом не поднимал зомби из могил.

– Где моя внучка и дочь?! Что вы с ней сделали?! Так я и знала, что она нашла себе какого-нибудь поганца! Что это за фокусы? – мама замахнулась на Юлиана шляпой. – Отвечай мне! И верни их немедленно!

Только сейчас я вспомнила, что после портала артефакт, скрывающий внешность, перестает действовать.

Юлиан молча прищурился. Шляпа в руках мамы полыхнула зеленым огнем. Не обжигающим, но довольно эффектным. Юлиан, бывало, использовал его на вечерах с нашими воспитанниками, когда мы по кругу рассказывали страшилки.

Мама взвизгнула. Шляпа выпала из рук, на ходу погаснув. Правда, самостоятельно ускакала к противоположной стене.

Я быстро вытащила из кармана юбки небольшую ракушку. А потом гаркнула так, что по интонации мама точно узнала бы ту самую «Элечку», которая единственная могла заставить ее выпить таблетки:

– Мама! Посмотри на меня!

Тихий щелчок. Ракушка раскрылась в пальцах. Из нее вырвалась тоненькая струйка золотистой пыльцы. Она вихрем закружилась вокруг меня.

– Элечка? – надтреснувшим голосом переспросила мама.

Она картинно дернулась схватиться за сердце, но на нервах перепутала, с какой оно стороны.

– Да, мама, – немного устало вздохнула я.

– Где мы? Что происходит? – у нее задрожали губы.

– Это мир магии, мама. Литория. Именно здесь я жила все это время, – я взяла ее за руки, глядя в глаза.

От таких новостей в голове у мамы явно произошло короткое замыкание. Пока она стояла и моргала, Юлиан вздохнул:

– Нам нужно спешить. Энни похитили.

Глава 27

– Вы с нами не пойдете, – затягивая ножны на поясе, прорычал Юлиан в двухсотый раз. – Мне некогда заниматься вторым порталом, чтобы вернуть на Землю, так что посидите здесь, под охраной.

Я уже вернула обычный облик Элеоноры Лейсон, и мы переоделись в более подходящие для Литории наряды.