Как вернуть её любовь (СИ)

Сейчас я наконец-то до конца поняла Марка, как он беспокоился за меня, когда я пропала.

Марк лежал в больнице, и я не находила себе места.

В первые сутки его состояние характеризовали как тяжелое. И я только и делала, что плакала и молилась, молилась и плакала.

Сразу после случившегося, ко мне в больницу приехала мама, и несмотря на то, что она недолюбливала Марка, она тоже молилась, обнимая меня, и гладила по голове в моменты самых сильных моих истерик.

Его родители тоже приезжали, общались со мной, а я чувствовала себя букашкой, придавленной чувством вины перед ними, хотя они ни разу меня ни в чём не обвинили.

И я просто не понимала, как смогла бы жить без него, если бы его не стало. Я могла жить, зная, что он где-то там, и у него всё хорошо, но не так. Не так.

В палату к Марку не пускали, он находился в реанимации, а я оббивала больничные коридоры, ожидая каких-нибудь новостей.

Там же вместе со мной попеременно дежурили родители Марка, давая мне время, чтобы я съездила и приняла душ, а также привезла всё необходимое, когда Марк очнётся.

"Врачи использовали слово «если», я предпочитала «когда». Я настырно возвращалась в больницу через полтора часа после того, как уехала, потому что мне казалось, что, если я буду далеко, может случиться что-то плохое. Хотя самое плохое, наверное, уже произошло.

Наконец, через день врачи сказали, что появились улучшения.

Повезло, что жизненно важные органы были почти не задеты ранением, но он потерял достаточно много крови до приезда скорой, из-за чего врачи сейчас следили за его состоянием и в течение ближайшего времени должно было решиться, понадобится ему операция или нет. Он так и не пришёл в сознание, но меня утешали, что это было нормально для такого рода травм.

Сашу схватила полиция ещё у нас дома. Мне пока было не до него, хотя мне пришлось уже несколько раз ездить в полицейский участок, потому что меня допрашивали, его дело было сейчас в активной фазе.

Я плакала за последние двое суток столько, что, казалось бы, слёз в организме уже не должно было остаться. Со стороны я была похожа на какое-то заплывшее чудовище, но мне было всё равно.