Как приручить кентавра, или Дневник моего сна

– Из уст в уста передают как вы сами справились чуть ли не с отрядом похитителей.

– Они мне льстят, похититель был только один, – усмехнулась я. Вот же народ! Дай только языком потрепать.

– Но на людей Повелителя произвело неизгладимое впечатление, что вы сумели сами с ним справиться. Они покорены вашей смелостью и превозносят её до небес.

– Сэм, может, мне попросить наставника по самозащите? – спросила я. – А то я даже как себя защитить не знаю. Одно дело обмануть одного мужчину, но что, если на меня ещё раз нападут?

– Госпожа, здесь вам ничего не грозит, поверьте!

Я хоть и не стала спорить, но мысль в моей голове засела.

– Сэм, а чем вообще жёны занимаются? Я как-то не поняла, какова роль женщин у вас.

Тот даже немного смутился от моего вопроса. А что такого? Я еще не совсем вникла какие у меня обязанности, меня к роли жены Правителя как-то не готовили.

– Наши жёны – хранительницы домашнего очага.

– Ну, с этим ясно.

По Сэму было видно, что он не совсем понимает, чего я хочу. Я же, привыкнув иметь свое дело и постоянно быть чем-то занятой, не видела куда можно приложить себя. Шерридан сейчас будет очень занят, а мне чем днями заниматься?

– Сэм, а можно хоть город посмотреть? Я же дальше дворца ничего не видела.

– Об этом надо спросить господина. Он выделит вам охрану.

Ох, что-то мне это не очень нравилось. Подозреваю, что о свободе можно забыть. В растрепанных чувствах я под руководством Сэма продолжила вникать в жизнь дворца.

Глава 8

Вечером Шерридан был занят и пропустил ужин. Пришел уже поздно и ужасно усталый. Я приказала накрыть на стол.

– Покорми меня, – попросил он.

Что ж, я не стала сопротивляться. И когда я успела стать такой покладистой? Сама себе удивляюсь. Хотя с таким мужчиной это не удивительно.

Удобно расположившись на его коленях, я приступила к процессу кормления своего мужчины. Тот блаженно щурился и наслаждался моментом. О делах я его пока не спрашивала, решив дать немного расслабиться, но разговор у меня с ним намечался.

Он попросил вина, и, разлив по бокалам, я протянула один ему.

– За тебя! – подняла я бокал.