Как приручить кентавра, или Дневник моего сна

В чём дело? Что не так? Шерридан как будто специально оттягивал тот момент, когда мы должны остаться наедине.

Шагнув в портал, мы оказались на территории нашего дворца. Люди приветствовали наше появление радостными криками. Мы переплели наши пальцы и шагали под овации к дворцу. Нас встречали слуги и Сэм. Я взглядом выразила последнему, как рада его видеть, но руки Шерридана не выпустила. А всё из-за того, что к нему тут же поспешили, требуя его внимания.

– Всё завтра! – отрезала я. – Иначе я решу, что мой муж не рад меня видеть и избегает остаться со мной наедине, – произнесла я как бы шутя, но бросила на Шера предупреждающий взгляд о том, что моё терпение на пределе.

Я так мечтала остаться наедине, а когда это произошло, между нами как будто выросла стена. Шерридан отпустил мою руку и начал разоружаться. Я же растерянно застыла посередине комнаты.

– Знаешь, если бы ты не рисковал жизнью, реализовывая сумасшедший план по моему спасению, то я решила бы, что ты не рад меня видеть, – произнесла я, глядя в его спину.

Какого чёрта? Я хотела знать, что происходит. Как-то не так я представляла нашу встречу.

– Шер, что не так? – тихо спросила я, подходя к нему и заглядывая в глаза. – Вспомни, что я говорила о недопонимании. Мне надо ещё одну вазу о твою голову разбить, чтобы вбить в неё мысль, что лучше говорить о том, что беспокоит, сразу?"

"После напоминания о том случае, в его глазах зажёгся тёплый огонёк.

– Скажи, откуда у тебя крылья? – через силу спросил он.

– Это из-за этого?! – Я не могла поверить, что он весь день изводил себя этим, вместо того чтобы прямо спросить.

– Знаешь, если бы я тебя не любила, то в твою голову полетела бы ещё одна ваза! – в сердцах произнесла я. – Ведь за это время мне уже что только в голову не пришло.

– Повтори, – севшим голосом попросил он.

– Про вазу?

– Рия!

– Я люблю тебя! Но если дело в крыльях, то ты не кентавр, а идиот.

Мы целовались и не могли остановиться. Я чувствовала, что бешено по нему скучала, да и он не меньше. Вот теперь это был мой Шер, и я ощущала, что желанна.