Последний выстрел Странника

Только сейчас он понял, почему сразу же подключилось самое высокое начальство. Понял, почему так спешно была создана сводная опергруппа, которую поручили возглавить именно ему, и почему высокое руководство, получив первые данные по «делу Пашкевича», связало эти события с другими событиями, с другими личностями.

– Номер Один… – Игнатьев откашлялся в кулак. – Номер Один, вспомните, что Красильников говорил вам лично про «дело на миллион»?

– Про «дело на миллион», – механически повторил задержанный. – Красильников… Да.

– Что это означало?

– Для меня? Хорошо оплачиваемую работу.

– Какого рода? Он делал какие-то намеки?

– Не намеки… он прямо сказал.

– Что именно?

– Что будут валить кого-то из оппозиции.

– Валить? Расшифруйте, что подразумевается под словом «валить».

– Ну… понятно ведь. Валить… это валить. Чего тут неясного.

Из динамика вновь послышался строгий голос.

– Заключенный, вам задали вопрос! Расшифруйте, что означает – «валить»?

– Ну… ликвидировать, – хмуро произнес заключенный.

Игнатьев прочел в досье об этом эпизоде из данных «Номером Один» показаний, но решил все же уточнить:

– Скажите, а Красильников называл в этой связи какие-то имена или фамилии? Кто должен был стать жертвой? Кто выступал заказчиком?

– Он говорил только, что такой заказ будет… Но фамилий никаких не называл.

– Роман Красильников уже вел какие-то предварительные переговоры по этому заказу? На него кто-то выходил уже с такими предложениями? Что вам об этом известно?

– Он сказал, что мимо него, а значит, мимо меня, это дело не пройдет.

– То есть что по этому вот заказу, на который намекал Красильников, ожидается крупная выплата?

– Да.

– Красильников назвал сумму вашего гонорара?

– Он сказал, что я за исполнение получу не меньше «лимона»

– Речь о деньгах? Расшифруйте!

– Миллион в европейской валюте. Сказал, что если мы отработаем качественно… я, то есть, отработаю… то можно будет спокойно уходить на обеспеченную пенсию.

– А почему он так загодя поднял с вами эту тему? Это ведь… не совсем разумно и так не свойственно для вашего бизнеса?

– Я собирался завязать.

– Уйти из этого вашего бизнеса?

– Да. У меня имелись кое-какие сбережения…

– Вы ему об этом говорили?

– Нет. Но он, думаю, сам догадался.

– Роман Красильников был единственным из работодателей, кто знал вас в лицо? Единственным, кто знал вас как исполнителя?

– Я ни с кем из них лично не встречался. Никогда.