Как нагадать жениха и проблемы

Редко можно увидеть, как горбатая бабка таскает за грудки старика, вытряхивая из него душу.

– В отличие от Нэйта, мне можно доверять, Анхель. Я клянусь, что не оставлю вас. Вы просто подыграйте. Постарайтесь заглянуть в подвал. Посмотрите, что там находится, и сколько там ещё воришек.

Анхель обреченно вздохнул.

– Вы же не случайно меня слепцом сделали, да, Агата?

Я промолчала, но мои губы растянулись в широкой улыбке.

– Так я и думал, – историк обреченно вздохнул. – Вы слишком похожи на Нэйта. Он тоже меня постоянно выбирает жертвой.

– Если вы не прекратите о нем говорить, то я вас сейчас вытащу к дому и отдам в руки бандитам, – пригрозила я, злясь за эти сравнения. – И вы не жертва, а главный помощник. Так что вперёд!

Анхелю не удалось долго оттягивать час своего фееричного выхода.

Уже через пять минут он неуверенно двигался к дому, водя из стороны в сторону палкой, а я выглядывала из-за угла.

– Кармэлла! Кармэлла! – голосил он, ворочая головой.

Анхель то спотыкался, то замедлялся, бездумно петляя по дороге, и вскоре подобрался к дому номер семнадцать.

– Кармэлла! – снова позвал он, остановившись возле крыльца.

На него уставились две пары глаз.

– Проваливай отсюда, старик! – рявкнул тип из театра.

– Я потерял свою жену. Вы не видели мою Кармэллу?

Анхель отлично отыгрывал свою роль. Ведя беседу с охранниками, он «потерялся в пространстве» и принялся медленно обходить крыльцо, двигаясь ближе к окну подвала.

– Ты что оглох, сталик?! – рявкнул картавый и, быстро спустившись с крыльца, поспешил следом за Анхелем.

Я набрала побольше воздуха в лёгкие и поспешила к нему, чтобы дополнить своим присутствием наш спектакль. К несчастью Анхеля, я не стала сообщать ему некоторые детали, чтобы окончательно его не спугнуть. Да и так его эмоции будут выглядеть более настоящими.

– Исраэль! – заорала я старческим голосом, ковыляя по дороге, как черепаха. – Исраэ-э-эль! – тянула громко, ожидая, пока Анхель отзовётся.

Но он никак не реагировал. Ах, значит ему имя не понравилось? Ну и ладно! Я начала орать ещё активнее, решив взять историка измором.

– И-сра-э-э-э-ль! – завопила я, приложив ладонь козырьком ко рту, и остановилась прямо на дороге.

– Не оглушай, бабка, – подал голос картавый. – Тут твой дед.

– Чего? – я приложила руку к уху.