Как я встретила вашего папу

Эмма вспыхнула! Щеки заалели, глаза свернули, даже губы налились красками, потому что она принялась их нервно прикусывать, отчего те набухали. Как вишни. Спелые, сочные… Как я люблю.

В штанах шевельнулся член.

Я закинул ногу на ногу, чуть отвернулся всем торсом от любопытных глаз.

– Я тебя совсем не знаю! – Эмма сцепила руки в замок. – Так нельзя.

– Можно. Я так познакомился с большинством своих женщин.

– Какой кошмар! С кем я говорю?

– Это риторический вопрос?

Она фыркнула, совсем как кошка, пробежалась туда-сюда по комнате и остановилась напротив, заявляя:

– Один раз в месяц! – Будто сделала великое одолжение.

 – И только пока не забеременею.

У меня аж глаз дернулся.

Едва не заржав от ее непосредственной наивности, покачал головой.

– Не-е-ет, ты, конечно, хороша собой и безумно привлекательна, если снять вот это безобразие… – я показал на пижаму, – но…

– Что?

– Эмма, как ты сумеешь заменить всех тех, кто с радостью прыгал ко мне в койку хоть каждый день? – уточнил я. – Ты знаешь какие-то приемы? В твоем арсенале что-то есть, заставляющее здорового мужика забыть всех остальных и жить с одной-единственной, оставаясь “сытым” только от ее нахождения рядом? Интересно.

Правда, мне невероятно любопытно. Расскажи.

Она обняла себя за плечи, тихонько вздохнула.

– Нет, – покачал головой. – Выглядит неплохо, но я все еще хочу трахаться.

Эмма вскинулась, чуть не рыча:

– Какой ты! Что ты несешь?! Неужели не понимаешь, что я просто не могу?..

– Понимаю. Не можешь – и хрен с ним, будет ЭКО.

А я продолжу жить, как жил. Все счастливы, что не так?

– То есть мы будем женаты, но спать ты будешь с другими?

Теперь уже я устало вздохнул. Отодвинув опостылевшие гренки, встал и подошел к растерянной жене. Взял ее за плечи и заглянул в огромные и чистые, как озера Новой Зеландии, глаза."

"– Эмма… Знаю, ты не хочешь быть мне ни деткой, ни солнцем и даже написала там что-то об этом… А еще ты считаешь, что все пытаются тебя обмануть или взять больше, чем ты можешь дать. Но это не так.

Мы проснулись в одной постели, и – так вышло – я не могу дать тебе свободу. Другое дело, что – мы уже это выяснили – ты не хочешь свободы сейчас. Дома тебя никто не ждет, а здесь есть я, готовый на уступки во всем. Взгляни на меня. Я не насильник. Не урод. Я богат и готов делиться с тобой всем, что имею. Могу быть очень щедрым и понимающим, если перестанешь шипеть и плеваться ядом. Не хочешь секса? Не будет. Не хочешь детей? Я и сам, хер его знает, чего хочу.