Как я строил магическую империю 7

Мы разместились за большим круглым столом в зале штаба Вепрей.

Тянуть слона за хобот смысла не было, и я сразу же приступил к делу.

— Мир изменился…

И тут же понял, что всё будет не так просто.

— Это с чего ты взял? — тут же с места бросил спортивного телосложения русоволосый мужик лет тридцати пяти с очень наглым выражением лица.

— Сева, глава клана «Чёрный Василиск», — подсказал Гензо. — Вторая группа по нашей классификации, то есть и сталкеры, и бандиты вперемешку. Служит одному из князей диких земель.

— Сева, дай графу сказать, — повернулся к перебившему меня мужику хозяин дома, Леонид.

— Да пусть говорит, — пожал плечами и демонстративно зевнул тот. — Только по делу.

— Кому неинтересно, — я наклонил голову, — можете идти.

— Во как! — заржал глава «василисков». — Ребята, вы слышали? Собрал триста деревенских, которые не знают, с какого конца за автомат держаться, и теперь вы без его разрешения не можете уйти.

«А чего он борзый такой?»"

"— Не знаю, — ответил Гензо. — Я же далеко не весь город контролирую, может, связался с кем и подмоги ждёт, может, договорился с теми, кто хочет себе город забрать. Но, скорее всего, просто уверен в том, что ты не захочешь с его синьором ссориться и не посмеешь на него напасть, вот и набирает очки, типа смотрите, какие мы крутые.

Да, похоже, последнее предположение правильное — в ответ на реплику Севы сразу несколько глав кланов рассмеялись, а сам он с надменной ухмылкой встал.

— Ладно, действительно пойду, — лениво заявил он. — Подождём, когда другие кланы своих представителей пришлют, и тогда уже без всякого лишнего сброда можно будет нормально поговорить.

Ситуация быстро выходила из-под контроля, и по большому счету у меня оставалось только два приемлемых варианта. Первый — просто на месте убить его. Заманчиво, но репутации мне бы это вряд ли прибавит. И второй…

— Слышь ты, мудила, — позвал я и на всякий случай ткнул пальцем прямо в наглую рожу.

— Чего ты сказал, сопляк⁈ — мгновенно покраснев, заревел Сева.

— Дмитрий Николаевич, — приподнялся было со своего Виктор Харитонович, но я жестом усадил его назад.

— Так ты ещё и глухой, кроме того, что тупой? Читай по губам тогда: я сказал, чтобы ты, мудила, закрыл свою хлеборезку и извинился, пока я тебя прямо в этой комнате по полу не размазал.