Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3

Тебе приснилось, что ты спасаешь папу от этих злодеев. Но наяву все было иначе. Человек, как ты выразилась, отказавшийся от тебя и два его братца, воспользовавшись внезапной болезнью твоего деда, накинулись на твоего папу и хотели его убить, чтобы наложить свои лапы на Наследие Семьи. Однако, как и следовало ожидать от этих никчёмных людей, даже втроем у них ничего не вышло. Твой отец, в порядке самообороны, застрелил троицу негодяев, случайно ранив твою тетушку. Вот что случилось, — ответила «матушка»

— То есть, наяву я никого не убивала? — с огромным облегчением спросил я

— И снова нет, — «матушка» откровенно забавлялась со мной, ибо Кайа для нее, совершенно очевидно, теперь даже не приемный ребенок, а какая-то неведомая зверушка, — ты убила своего бывшего отца.

Убила и его братьев. Ты застрелила их из штурмовой винтовки. Весьма недурно стреляешь, между прочим, для человека впервые в жизни взявшего в руки оружие, мое почтение. И серьезно, хоть и не смертельно, ранила тетку. А затем, ты впала в безумие, и если бы в винтовке не закончились патроны, то этот мир стал бы гораздо чище.

— Мама…, — начал я

— Ты спасла своего папу, в очередной раз. И все, присутствующие на малом Семейном Совете, знают об этом. Как, впрочем, и другие члены Семьи, не бывшие на Совете. Ты действительно стреляла и убила троих человек. Но при этом, ты никогда ничего подобного не делала. Так что выдохни, никто и никогда не станет обвинять тебя в произошедшем и ссылать куда-либо. Ты молодец, отважная барышня.

Мы с твоим папой гордимся тем, что ты наша дочь. Той ночью, своими самыми решительными и своевременными действиями, столь не характерными для такой юной барышни, ты сохранила не только жизни папы и мою, но и жизнь своего еще не рожденного брата. Ну и свою, безусловно.

— Брата? — поднял я влажные глаза на «матушку»

— Да, — улыбнулась мне та и погладив свой живот, добавила, — брата

— Я рада…, — ответил я, вновь опуская взор на колени, а затем, вскрикнул, — а дедушка…?!

— Технически твой дед жив, но…, — безэмоционально ответила та, намазывая джем на тост, — никогда более он не сможет ни встать на ноги, ни сказать что-либо собственным голосом…

— Понятно, — ответил я, не поднимая глаз, — то есть папа теперь Глава нашей Семьи?

— Да, — ответила «матушка», — теперь это именно так.

— А папа…? — вновь воскликнул я, — Папа цел?

— В общем и целом, да, — ответила та, — он получил несколько не слишком глубоких порезов.