Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3

С самим собственником, впрочем, та же самая история…

— Доброго всем утра, — ласково улыбнувшись, сказал я, подходя к родителям и садясь рядом с «матушкой», на один из диванчиков, расставленных вокруг стола, с которого прямо сейчас горничная убирали чашки

— Доброе, Солнышко, — ответила, одетая в шмотки свободного кроя, «матушка», удобно устроившаяся, «с ногами», на диванчике

— Доброе утро, — машинально поприветствовал меня «папаша», на котором были строгие брюки с рубашкой, просматривавший что-то на планшете

— Ты как себя чувствуешь? Все хорошо? — поинтересовалась «матушка», протянув руку и погладив меня по волосам

— Да, мам, все хорошо…, — ответил я, вспомнив, как вчера вечером, она подошла к двум уютно устроившимся и мирно беседовавшим девицам, одна из которых, была моей «залетевшей» «кузиной», Софьей, а другая, собственно, мной, допивавшей свой третий бокал шампанского

«— Золотце, мне кажется, тебе уже пора идти отдыхать…», — шепнула она мне на ушко, забирая из моих рук опустевший бокал (не устраивая, впрочем, выговора за пьянку).

Я посмотрел на женщину, которая теперь расслабленно полулежала, прикрыв глаза и продолжая лениво поглаживать меня по волосам, другая же ее рука покоилась на объемном уже животе. На женщину, чьей воле подвластны немыслимые силы.

— Мам, пап…, больше спасибо за ваш Новогодний Подарок, я оценила, — сказал я

В этот момент две горничные, вкатив в гостиную тележку с завтраком, принялись расторопно расставлять на столе утреннюю снедь, после чего, пожелав всем нам приятного аппетита, быстренько удалились из помещения.

— А мне показалось, что тебе не слишком-то он и понравился, — заметила «матушка», беря чашку ароматного кофе

«Родители» вчера сделали мне новогодний подарок в виде того самого этажа в корпоративной высотке, где я, в основном, теперь и проживаю (ну, как подарили…особенности частного владения здесь таковы, что это скорее разрешение на пожизненное владение, без права отчуждения от Семьи, то есть продать или просто подарить свою собственность я не могу, по крайней мере, без согласия Главы Семьи).