К сердцу прижмёт — к чёрту пошлёт…

Но Краснов при этом грозно покосился на неё и взял себя за горло двумя пальцами, мол, вот что ты со мной сделала своим увольнением.

Маша только пожала плечами на этот выразительный жест. Уволил, так уволил. Нечего заново воду толочь. Ей Сергей уже кратко поведал, что с новым главным экономистом Краснов до сих пор не сработался. Та лишь внешне женщина видная и подать себя умеет, но по профессиональным качествам Маше и в подмётки не годится. Краснов же терпеть не мог недалёких работников."

"Единственно, Сергей не сказал Маше, что эта Оксана Сергеевна давно имеет виды на Петрова, да всё никак не складывается.

Она и за место билась, чтобы к нему поближе быть. Обо всём этом Маше рассказала кадровичка, когда они случайно встретились супермаркете, выложив без всякой задней мысли последние офисные сплетни. Она же и поведала, что Оксанку, их секретаршу, Краснов уволил и помирился с женой.

Петров тогда только пару дней как уехал, и Маша принялась сильно переживать. Но теперь ей откровенно было плевать на всех баб Петрова, бывших до неё.

Теперь главное было, чтобы Сашка выжил, а там они разберутся. А ещё важно было, чтобы поймали его сумасшедшую жену. Поэтому, да, Маша не отказалась присутствовать на этом разговоре с немецкой стороной.

– Здравствуйте, господа, – произнёс Сергей по-немецки, но сразу же перешёл на русский. – Прошу говорить по-русски, так как мои коллеги имеют затруднения с переводом.

– Понимаем, – с лёгким акцентом ответил один из немцев. – Мы можем говорить. Поскольку господин Петров не может выполнять свои функции, мы бы хотели, чтобы договор подписал господин Краснов.

Вы же равноправные партнёры? – обратился он к Краснову. – Дело не ждёт. Искать новых партнёров хлопотно. Наш представитель с документами вылетит завтра. Согласны?

– Согласен, – хмуро ответил Краснов. – Наша позиция не изменилась: вы пускаете в это здание нашу дочернюю фирму за минимальную аренду и включаете нас в список своих постоянных деловых партнёров.

– Да, – отчётливо скрипнув зубами, кивнул немец. – Мы обсуждали с господином Петровым этот момент.

… Теперь разговор к вам, господин Юдин. Здесь представитель полиции, ему слово. Но учтите! – его голос зазвучал металлом. – Эти сведения не подлежат разглашению. Однако во имя нашего общего дела и чувствуя некоторую вину перед господином Петровым, мы посчитали возможным поделиться сведениями.

Он кивнул невысокому человеку в обычной одежде и тот, глядя прямо в камеру, начал говорить.

– Госпожа Петрофф находится в розыске.