К сердцу прижмёт — к чёрту пошлёт…

 – Так вы зарегистрируете заявление, Наталья Павловна?

– Конечно, – заверила женщина, и Маша до отбоя звонка успела услышать: – Ничего не понимаю!

ГЛАВА 4

– Так, теперь, как обещала, надо предупредить Краснова, всё же десять лет с ним проработала. А потом сделать так, чтобы две недели меня не доставали, – сама себе прошептала Маша.

Надо сделать какой-нибудь неожиданный ход, чтобы ни у кого и мысли не возникло искать её в том месте. Единственная проблема – мать. Но её Маша просто предупредит о двухнедельном отпуске и неожиданной путёвке.

"А, может, и по-другому всё выйдет. Если на новом месте примут, то сразу на работу и выйдет. Кто её искать будет? При этой мысли Маша поморщилась и скривилась. Она сомневалась, что Петров кинется её искать. Не настолько их связь укрепилась. И опять поморщилась от душевной боли. Но никто не виноват: сама всё затеяла, самой и горький осадок хлебать.

Она вздохнула и набрала номер Краснова. Трубку долго не брали, но затем хриплый голос шефа произнёс:

– Что у тебя, Маша? Привет.

– Привет, Руслан Владимирович. Мне надо уволиться, и я прошу меня не задерживать. Завтра уже не выйду.

В трубке помолчали, но затем:

– Надо? – хмыкнул шеф. – Ну, надо так надо. Увольняйся. Можешь не приходить, – и бросил трубку.

– Что это было? – недоверчиво посмотрела Маша на трубку.

С Красновым они работали вместе давно и успешно. Отношения между ними были добротными товарищескими, и услышать сейчас такой тон и резкое «увольняйся!» Маша была не готова.

И вдруг она ясно поняла, что всё сделала правильно. И вообще давно надо было уйти оттуда. Психологи не зря говорят, что время от времени нужно менять место работы и сферу деятельности, чтобы не обрастать мхом и болезненными связями.

Вот осталась бы и разрывалась между Русланом и Оксанкой. И с тем хорошо работается, ссориться не хочется. И эту глупую курицу жалко, но работать в таких натянутых отношениях невозможно. Пусть даже Оксанка уволится (скорее всего, уволится), Руслана Маша по-прежнему будет видеть каждый день и осуждать за жену, за Оксанку. Мысленно, правда. Ещё не хватало встревать в чужие отношения. Каждый сам отвечает за свои поступки.