К чему приводят шалости

Империи достигли договоренности. Мой отец отрекся от престола. Со дня на день пройдет коронация Уильяма.

– Я рада, – невесело протянула, когда не услышала желанного ответа, и снова задала наводящий вопрос: – Почему ты празднично одет? Есть повод?

– Даже два, – загадочным тоном произнес он и потрепал по голове вертевшуюся у его ног Алму. – Свадьба и помолвка аланийского принца.

Меня смутил порядок слов. Хотелось спросить, нет ли ошибки. Но все мысли вылетели из головы, едва мой взгляд упал на левую руку Тейлора.

Я ощутила, как упало сердце. На безымянном пальце любимого красовался перстень с изображением шитринского герба. Такие кольца в Алании носили исключительно послы. Еще подобные драгоценности надевали мужчины при заключении политического брака. Во время свадебной церемонии невеста-чужестранка надевала жениху на левую руку перстень с гербом своей страны, тем временем как на правую руку кольцо с гербом Алании брачующемуся надевал храмовник. Простой ритуал олицетворял собой объединение двух влиятельных родов, двух стран. И раньше наступления нового дня перстни с руки жениха не снимались.

Резко развернувшись, я взмолилась сквозь слезы:

– Уходи, Тейлор!

– Что с тобой? – в голосе принца прозвучало неподдельное недоумение.

– Ты все-таки женился на сестре Артура, – с горечью сказала я, и два тоненьких соленых ручейка побежали по щекам.

«А я тебя ждала! Верила, как ты просил, и ждала! И все потому, что люблю. Но к чему теперь признания? Они навеки останутся непроизнесенными», – моя душа рыдала.

– Откуда подобные выводы? – послушать Тейлора, так он сама невинность. – Ай! Перестань! Что я сделал?!

Мужской вскрик и хорошо знакомый угрожающий треск вынудили меня обернуться. Выскочившая из шкафа Кира летала над Тейлором и при каждой удобной возможности ударяла его по пятой точке. Алма, разразившаяся громким лаем, прыгала по постели и пыталась уцепиться зубами за метлу, но ошибка артефакторики вознамерилась во что бы то ни стало отомстить ночному гостю за свою подругу.

То бишь за меня. Пинки были слабыми, поучительными. Страдало не столько его тело, сколько гордость. Но для Киры подобная выходка могла закончиться плачевно, поэтому я грозно прикрикнула на свою заступницу и взмахом руки отослала обратно в шкаф.

– Сперва твои заверения отцу, теперь этот перстень! – кивком указала я на драгоценность."

"– Ух, в какие дебри завела тебя фантазия! – облегченно выдохнул Тейлор и театральным жестом провел пальцами по лбу.