Извращенная Гордость

— Это когда-нибудь срабатывает? — сказала я, желая, чтобы мой голос звучал сильнее, но это уже была борьба, выталкивающая эти четыре слова из моего сжатого горла.

— Нет, — ответил Римо. — Меня трудно игнорировать.

Невозможно игнорировать.

— Повернись, — приказал Римо.

Я не двигалась, сосредоточившись на сером камне передо мной. Это был не просто акт неповиновения. Ноги отказывались двигаться. Страх сковал меня, но Римо не нужно было этого знать.

Его горячее дыхание коснулось моей шеи, и я закрыла глаза, зажав нижнюю губу между зубами, чтобы заглушить звук.

— Открытое неповиновение? — спросил он, понизив голос. Его ладони надавили на мои лопатки, и я чуть не рухнула под их весом, хотя он не слишком давил на меня. — С другой стороны, — мягко сказал он. — Эта поза тоже хорошо работает.

Мягкий звон обнажаемого клинка заставил меня подпрыгнуть. Римо прижался ко мне с обеих сторон, сжимая в руке длинный нож. Его грудь прижалась к моей спине.

— Я дам тебе выбор, Серафина. Ты можешь сама снять платье, или я сделаю это с помощью ножа.

Я сглотнула. Я ожидала другого выбора, которым славился Вегас. Порыв облегчения наполнил меня, но он был недолгим. Я переместила руку и накрыла лезвие ладонью, затем сжала пальцами холодную сталь.

— Если ты отдашь мне свой нож, я вырежу себя из платья, — выпалила я.

Римо усмехнулся. Темный, безрадостный звук.

— Тебе нужен мой нож?

Я кивнула, и, к моему величайшему изумлению, Римо отпустил рукоятку, а я взяла его нож за лезвие, и острие вонзилось в мою плоть.

Медленно, глубоко вздохнув, я выпрямилась и потянулась к ручке. Я знала, что Римо не дал мне шанса. Он играл со мной, пытаясь сломить мой дух, показывая мне, что даже нож не изменит того факта, что я была в его власти.

Чего он не знал, так это того, что мы с Сэмюэлем всю жизнь боролись друг с другом, как это всегда делают братья и сестры, но когда он стал настоящим мужчиной, он начал работать со мной над моими боевыми навыками, потому что знал, как наш мир относится к девушкам.