Извращенная Гордость

Сэмюэль посмотрел на меня так, словно я вела себя неразумно.

— Фина, он похож на гребаного Фальконе. Они все ненормальные. В его жилах течет кровь Римо. И только посмотри на него. В свои семь месяцев он уже просто невыносим.

— Наши солдаты никогда не примут его после того, что сделал его отец. Мы все еще едва оправились от нападения. Каждая свадьба тщательно охраняется, каждую девушку охраняет вдвое больше охранников. Стыд не проходит, и твои дети постоянно напоминают об этом, — тихо сказал папа.

Я повернулась и оставила их стоять.

Невио и Грета спали в общей кроватке, растянувшись на спине. Рука Греты лежала на груди Невио. Они всегда прикасались друг к другу, когда спали.

Мои дети не были чем-то постыдным.

Я не позволю никому заставить их чувствовать себя так. Даже семья, которую я любила.

РИМО

Киара была в полном рождественском режиме. Она украсила каждую часть дома, в которую ей позволили войти. Я знал, что она с удовольствием использовала бы свою магию и в моем крыле, но она еще не была настолько смелой.

Запах свежеиспеченного печенья разносился по дому, пока я читал письмо от Рика, организатора наших гонок. Все было подготовлено к самой большой гонке, которую мы когда-либо проводили. Нино не был счастлив, что я решил закончить ее в Канзас-Сити после последнего инцидента, но я хотел поставить гребаную точку.

Наряд был на удивление осторожен в своих атаках. Засада тут и там, несколько расчлененных солдат, но ничего серьезного. Пока три дня назад они не убили моего гребаного босса в Канзас-Сити. Предупреждение: не приближаться так близко к их территории. Может быть, начало чего-то большего. Окончание гонки в другом месте послало бы неправильное сообщение.

Вошла Киара, неся тарелку с чем-то похожим на маленькие полумесяцы, посыпанные сахаром. Она протянула ее мне.

— Рогалики.

— Я не в настроении для чего-то сладкого.

Я был в настроении разнести что-нибудь вдребезги, ради крови и смерти, и более того ... гребаной кончины Данте.

Она нахмурилась.

— Они восхитительны. — она перевела взгляд на экран.

— Канзас?

Я кивнул, схватил печенье и откусил кусочек. Сладкий и мягкий. Я положил половину обратно на тарелку. Киара взяла его и съела остальное. Мне не понравилось, как она посмотрела на меня, будто знала.

— Я подумала о твоем предложении.