Изумрудные зубки

Фу-ты, ну-ты, нежные мы какие!

Он был уже на втором этаже и начал было набирать ее номер, чтобы сообщить ей в какие расходы она его ввергла своим внезапным отъездом, своей рассеянностью, своей...

Сзади раздались быстрые шаги, потом скачки через ступеньки, потом дыхание в спину. Он затылком, спиной, ощутил опасность, но не успел обернуться.

Голова разорвалась от страшной боли, в глазах вспыхнули красные молнии, и... больше он ничего не помнил.

Глеб еще раз пощупал деревянные стены.

Значит, на голове у него не варенье, а кровь.

Значит, он не топил никакого соседа, а кто-то выманил его телефонным звонком, чтобы ударить по голове и засунуть в эту просторную, вполне комфортабельную могилу.

Зачем?!

Вроде бы он никому не переходил дорогу.

Он даже с бабами предпочитал дело иметь только с незамужними.

Думать и анализировать было гораздо труднее, чем вспоминать. Эх, набить бы сейчас трубку, покурить, вдохнуть крепкий дурманящий дым, глядишь, появилось бы какое-нибудь решение.

Он закрыл глаза, хотя делать это было необязательно, темнее от этого не стало.

Интересно, почему он совсем не испытывает страха? Интересно, почему не болит голова? Может, это и есть загробная жизнь?

В этот момент раздался звук поворачиваемого в замке ключа.

Сердце даже не дрогнуло.

Отлично! Сейчас он узнает все.

* * *Тане приснилось, что Глеб вернулся.

Он поднялся по лестнице, вставил в замок ключ и стал его поворачивать.

Что-то не получалось, ключ заедал, замок не поддавался.

– Я сейчас, – прошептала Таня во сне, – я сейчас встану и помогу тебе открыть дверь!

– Ни в коем случае! – заорал Глеб.

От этого крика она проснулась.

В замке действительно кто-то поворачивал ключ.

Она вскочила и бросилась к двери.

– Сейчас, Глеб! Сейчас я открою! – закричала она и остановилась как вкопанная.

«Ни в коем случае не делай этого!»

– Кто? – Она на цыпочках подошла к двери. Глазка в ней не было.

– Лукьяновы тут живут? – после небольшой паузы спросил хриплый мужской голос.

– Вы ошиблись, – ответила Таня, чувствуя, как мелкой дрожью начинают трястись коленки.

Она пошла было в комнату, но вернулась и задвинула на двери щеколду, которой никогда не пользовалась.

«Просто пьяный какой-то перепутал двери, – сказала она себе, чтобы успокоиться. – Что в этом такого?»

Да, что такого?"

"Просто никто никогда до этой ночи, именно тогда, когда она спит в квартире одна, не путал двери. Она нырнула под одеяло и постаралась заснуть.