Измены. Мы принадлежим друг другу

Отступаю молча в сторону, приглашая таким образом войти. Моё молчание - не какой-то заранее продуманный ход. Просто вдруг накатили воспоминания, и не захотелось ничего говорить.

Оля заходит, осматривается быстро, затем переводит взгляд на меня.

-Разговор выйдет неудачным, если ты будешь молчать, - упрекает.

-Проходи, - указываю рукой в направлении столика, на котором стоят недавно принесенные блюда.

Присаживается на диван. Опускаюсь рядом. Она тут же ставит между нами свою сумку. Наивная. Если бы хотел что-то сделать, её этот барьер не спас бы.

-Я не голодна, - предупреждает она, разглядывая то, что принесли на ужин.

-За компанию, - говорю, накладывая ей на тарелку всего по чуть-чуть.

-Ты, как и раньше, не научился слышать людей.

-Разговор выйдет неудачным, если мы будем обвинять друг друга, - парирую я практически её же словами. – Может, просто спокойно обсудим сложившуюся ситуацию? Без упреков."

"-Хорошо. В таком случае предлагаю продолжить жить, как раньше, - выдает, будто не понимает, что это невозможно.

Усмехаюсь, хоть не смешно совсем.

-Как раньше уже не получится никогда. Расскажи мне всё с того момента, когда меня забрала полиция от двери твоей квартиры, - прошу по-человечески. Задолбали все эти выдумки, которыми засыпали меня что отец, что Оля. – Твой бывший муж догадался о наших отношениях?

-Я сама ему призналась! Было так гадко от самой себя, от того, как подло поступила с ним, что рассказала сразу же, ничего не утаивая.

-Давай без лишней экспрессии, - прошу, морщась.

Сидит с задумчивым лицом. Затем стреляет в меня глазами.

-Вспомнила… - делаю вывод. – Да?

-После того, как рассказала, через несколько дней подали на развод, - игнорирует мой вопрос и продолжает говорить о прошлом. - Еще через какое-то время узнала, что беременна. Планировала возвращаться в родной город.

-Почему мне не сказали, что у меня родился сын? – говорю резче, чем хотелось бы. Плевать на всё. Но это… Зацепили за живое.

-Это не твой сын. Это мой сын, - вскидывает подбородок.

Эти слова выбешивают. Да кем Оля себя возомнила? Вершительница судеб нашлась.

-Это! Мой! Сын! – цежу сквозь зубы.

Наверное, этот тон пугает Олю.