Измены. Мы принадлежим друг другу

За прошедший месяц мы стали так близки, что порой начинает казаться, что не было всего плохого, что прошлое оказалось лишь дурацким сном. Мы с детьми прикипели к нему всей душой. Похоже, как и он к нам. Вот только… Замуж меня больше не зовет. Может, решил, что нам и так хорошо? Да, не спорю, хорошо. Но… Но мысли об этом всё же периодически терзают меня.

Соня наконец определяется с сарафаном, умудряется быстро выбрать обувь, и мы утомленные, но удовлетворенные покупками, едем домой, где нас уже заждались Никита и Тема.

-Что такое? – спрашиваю тут же.

-Температура поднялась. Пока тридцати восьми нету, поэтому лекарство я не давал."

"Подхожу к сыну, трогаю лоб. Одновременно с удивлением смотрю на Никиту.

-Откуда ты вообще знаешь о том, что не нужно принимать жаропонижающее до определенного значения?

-Глобальная сеть мне в помощь.

-Ясно, - улыбаюсь. Затем полностью сосредотачиваюсь на сыне.

-Горло, - сипит тот.

-И с тобой всё ясно. Идем, - тяну его за руку, призывая идти за мной.

-Куда мы? - с понурым видом шагает следом. С сожалением смотрит на остающегося внизу отца.

-В твою комнату.

-Я скоро к тебе поднимусь, - обещает Никита. – Сейчас только Соне помогу вещи из машины принести. Они, наверное, с твоей мамой ограбили магазин.

Сын легонько улыбается, а Соня, наоборот, хмурится.

-С мамой магазин не ограбишь. В следующий раз поедем с тобой, - предупреждает она Романовского.

-Сейчас… Как же… - недовольно бросаю дочери напоследок. Удумала тоже. Чтобы они реально пол- торгового центра скупили? Знаю я её. Вьет из Романовского веревки, а он и рад швыряться своими деньгами.

* * *

Следующим утром я никакая. Жар у Артема держался весь вчерашний день и полночи. Лекарства помогали, но совсем ненадолго. Если бы не Романовский, вообще, наверное, с ног сбилась бы, меняя холодные компрессы.

-Не спишь уже? – Никита заходит в спальню.

-Да. Как Тема?

-Нормально. Температура в пределах нормы. Спит спокойно.

-Это хорошо.

-Сама как?

-Могло быть лучше, - в этот момент мой желудок издает громкий урчащий звук.

-Кто-то проголодался, - улыбается Никита. Выглядит так, словно это не он бодрствует с пяти часов.

-Да. Не отказалась бы от чего-нибудь вкусненького, - признаюсь. Но вставать пока лень.