Изменники Рима

- Господин?

- Проверь людей и лошадей и доложи мне.

- Да, господин!

Катон тяжело дышал, а сердце бешено колотилось. Он глубоко вдохнул, прежде чем отойти от камней и осмотреть землю вокруг их позиции. Большая часть парфян теперь формировалась двумя группами к востоку и югу, уже натягивая свои луки, чтобы пролить дождь из стрел на гребень холма. Поодаль лошади без всадников – как раненые, так и невредимые – скакали во всех направлениях. Он прокрался обратно в укрытие и встретил вопрошающий взгляд Аполлония покачиванием головы.

"- Нам конец. Они собираются поразить нас шквалом стрел, а затем атаковать и убить любого из нас, оставшихся в живых, - он направил свой меч на парфянина, который лежал, прислонившись к скале, с тревогой глядя на своих похитителей и прижимая свою руку к окровавленной ткани вокруг его раны. - А теперь скажи мне, почему он еще жив.

- Если мы не сможем договориться с ними, мы мертвы, - ответил Аполлоний.

- Я не думаю, что они в настроении говорить.

Короткий разговор был прерван, когда Пелий, задыхаясь от напряжения, подбежал к нему.

Катон мрачно кивнул. - Лучше скажи остальным, чтобы они готовились к новым стрелам. Они надеются уничтожить еще нескольких из нас, прежде чем они рискнут совершить еще одно нападение. Но в следующий раз они уже все разом придут за нами.

Опцион сразу уловил суть и твердо ответил. - Тогда последний бой.

- Очень хорошо. Позаботься об этом.

Они торжественно отсалютовали друг другу, прежде чем Катон воткнул меч в землю и вытер лоб.

- Есть и другой путь, - сказал Аполлоний. - Позволь мне поговорить с ними.

Катон на мгновение задумался. - Было бы лучше, если бы ты сэкономил силы для последней атаки.

- Тогда какая разница? Я в любом случае мертв.

- Точно сказано… Ну, хорошо тогда. Как бы то ни было, попробуй.

Аполлоний ослабил хватку на щите и позволил ему упасть в сторону, схватив парфянина за складки ткани вокруг его шеи и подняв его на ноги одним мощным движением. Он заговорил с человеком резким тоном, жестикулируя мечом, чтобы подчеркнуть свои слова. Парфянин энергично кивнул, и Аполлоний остановился, затем медленно вложил меч в ножны и повернулся к Катону.

- Ну, мы пошли.