Измена. Ты (не) мой генерал. Книга 2

Вернее, он пришёл сюда с Зораном, но она убила его.

— Он стар, настал его черёд уходить в Эйль, — продолжила Клиомния. — Там он встретится с нашими предками и станет защищать будущие поколения.

«Да она сумасшедшая», — пронеслось в голове Авалоса, и он принял решение: бежать.

— Пожалуйста, вернись в свою комнату, тебе лучше больше отдыхать. Ты ничего не смог вспомнить?

Почему она спрашивает? Боится, что я вспомню слишком многое?

Зоран снова посмотрел на мертвеца. Нет. При взгляде на него ничего внутри не рождалось.

— Это метка, — он слишком задумался, что не сразу ощутил на своей коже прикосновение чужих пальцев. — Не эльфийская, — она подняла на него зелёные глаза, и что-то в них говорило о её честности. — Если ты и дальше станешь принимать мои травы, память восстановится.

«Или я забуду всё навсегда».

— Сколько следует ждать? — поинтересовался у неё.

— У этого нет времени. Может несколько дней, может месяцев.

Стук в дверь заставил обоих вздрогнуть, и бульон колыхнулся от движения эльфийки.

— Держи, спрячься в своей комнате, — она всунула ему в ладони горячую чашу. — Это должно быть Ролан.

Мягко подтолкнула Зорана к проёму.

— Ну же, иди! Если это солдаты, они заберут нас обоих!"

"Авалос подчинился. Он вошёл в комнату, где разместился сундук, и замер с ароматной чашкой в руках. Ноздри подрагивали, принюхиваясь к содержимому миски.

— Входи, — услышал он призыв Клиомнии, и новые звуки наполнили комнату. Шуршание одежды, тяжёлые шаги. — Всё готово?

Послышалось нечленораздельное согласие, снова шаги, по всей видимости, направившиеся в сторону старика, и какой-то вздох.

— Подожди, я сейчас.

Девчонка прошла мимо Авалоса, не замечая его, и скрылась в комнате, отведённой для гостя, но тут же вернулась назад.

— Мне предстоит уйти ненадолго.

Она посмотрела на суп в его руках.

— Поешь, это придаст тебе сил, а когда вернусь, дам отвар.

— Ты его отравила? — задал он вопрос, когда эльфийка уже должна была выйти, и она остановилась, смотря на него с грустью.

— Я продлевала жизнь моего бедного дедушки, как только могла. Но у каждого своё время.