Избранный. Книга 4

Поднять четырёхметровую тушу короля огров в воздух было не по силам даже древнему. Руки Мировинга пошли в разные стороны, но остановились! Он не мог разорвать короля!

А дальше случилось то, чего Мировинг явно не ожидал — кулак Голбо нашёл нос древнего паразита! А нечего было позволять огру оказываться внутри защитного купола!

Мировинг отлетел к капсуле, врезавшись в неё спиной. Не было ни крови, ни синяка, ни потери сознания. Удар, которым Голбо крошил камень, превратился в банальный пинок, откинувший босса в сторону.

В руках древнего появился бластер. Может это оружие называлось как-то иначе, для себя я решил называть его именно бластером. Рядом пискнула Ворчунья, что это запрещено, но кто же будет сейчас соблюдать правила?

— Активация! — приказал Мировинг и тут Ворчунья хмыкнула уже во всеуслышанье.

— Гы… — прокомментировала действия гада удивительно жизнерадостная Ворчунья.

— Я сказал активация!

Активации, судя по вытянувшемуся лицу древнего, не было.

— Макс, я же правильно делаю, что не позволяю ему вытягивать энергию из обшивки? — шёпотом спросила Ворчунья. — Эй, куда пошёл! Макс, он хочет меня взломать! Ручки убрал, деби-и-ил!

Бластер заискрил и Мировинг вскрикнул от боли, откинув от себя нагревающееся оружие. Рядом захихикала Ворчунья. Получив доступ к обшивке, она не собиралась так легко отказываться от своих прав на это место.

— Вы и это предусмотрели? — произнёс Мировинг тоном, в котором уже не было ни намёка на снисхождение.

— Марта, как Тузик? — обеспокоенно спросил я у Ворчуньи, обращаясь к главе всех гномов этого мира. После того, как матриарх взяла 11-й уровень, было глупо не включить её в нашу группу. Вот, пригодилось — у Марты была своя копия Ворчуньи, что позволяла вполне удобно общаться.

— Сидит, — послышался ответ. — Смотрит на меня скучающим, скорее даже умоляющим взглядом.

— Даже близко к клетке не подходи! — только что не рявкнул я. — Ворчунья, сделай ей внушение!

— Будет сделано, — кивнула амазонка. В этот момент Мировинг явно ощутил что-то неладное, так как продолжил орать:

— Адский пёс — ко мне, тварь неблагодарная! Приди и сожри здесь всех!

— Ой, никто не приходит, — хихикнула Ворчунья и тут же нахмурилась.