Измена. Сбежать от любви (СИ)

— Ян, я закончил. Идём?

— Идём.

Мама сидит на кухне за столом, опершись локтями о его поверхность, и уткнулась в сложенные вместе руки подбородком. Смотрит в одну точку, пустыми глазами. Рядом стоит чашка остывшего чая.

— Тамара Игоревна, мы с Яной… — начинает Глеб,

— Никаких ВАС с Яной нет! — жёстко перебивает его. — Яна замужем, и точка. Замужем за прекрасным, благородным и любящим её мужчиной! А ты? Просто воспользовался девчонкой! Я была о тебе совсем иного мнения, а ты оказался подонком, из-за которого может развалиться семья.

— Ну да, благородный, любящий… — говорит он с сарказмом и ухмыляется. — Как же много вы не знаете или не хотите знать о жизни дочери.

— Глеб, замолчи! — зло выкрикиваю и смотрю испепеляющим взглядом. — Хватит!

Повисает долгая пауза, которую никто не решается прервать. Глеб стоит, облокотившись о дверной косяк, и искрит недовольством. Мама практически не меняет позы, так и сидит за столом как статуя. Я пристроилась напротив стола, облокотившись на мойку, со сложенными на груди руками.

— Что же ты сделала? — негодует мама. — Лёша же тебя так любит? Как ты ему в глаза будешь смотреть? Как ты с ним дальше жить планируешь? Ой, батюшки, что творится! — мотает головой и снова всхлипывает.

— Мам, ну не надо, не плачь! — на надрыве выпаливаю и сама же зеркалю её состояние.

— А как же дети? Лёшка же так мечтал о большой семье… Яна… — мама начинает плакать, прижимает кулак к губам, встаёт и уходит в ванную.

А когда выходит, смотрит на нас полными холода глазами и говорит:

— Яна, собирайся и уезжай домой. Всё. Ты нагостилась. Я не собираюсь участвовать в этом или, того хуже — прикрывать ваш стыд. Сейчас же собирай вещи и уезжай к своему мужу. А там уже разбирайтесь и живите как хотите.

Глеб поднимает брови, уводит взгляд в сторону, прохрустывает поочерёдно костяшки на кулаках. Приоткрывает рот с намерением что-то сказать, но я его перебиваю:

— Глеб, иди собирайся. Мы едем домой.

— Сегодня?

— Сейчас!

Глава 25

Яна

Ледяной ветер бьёт в лицо, а на небо стремительно набегают свинцовые тучи. “Будет гроза”, — думаю и жду, когда Глеб загрузит все вещи.

А ведь я, кажется, впервые за всю жизнь поругалась с мамой. Хотя ссорой это не назвать. У неё свои устоявшиеся принципы. Я понимаю эту позицию, более того, согласна с ней. Да, это измена, и то, что у нас с Алексеем в отношениях большая дыра, не отменяет её факт. Я его жена. Я — Белова.