Первый шаг к мечте

Вот я рассказала вам, и мне сразу легче стало. Да, я обязательно подумаю, как мне поступить.

* * *Атмосфера за обедом отчего-то была особенно тягостной. Вера Георгиевна к столу не вышла, Николай сказал, что пообедает в комнате матери, чтобы убедить ее хоть что-нибудь съесть. Тата выглядела измученной, Ольга Павловна — взволнованной, Гоша — надутым. Марина Липатова быстро поела и ушла к себе. Было видно, что общество семьи ее угнетает и больше всего на свете она хотела бы остаться одна, а еще лучше вообще убраться из Знаменского.

Нервной выглядела Валентина. Сегодня она отчего-то особенно сильно была похожа на загнанную в угол крысу, и хотя это сравнение пришло в голову Нине впервые, оно было таким точным, что ей стало казаться, будто она считала так с самого начала. Рафик казался уставшим, Никита задумчивым, а по Любиному лицу видно, что она недавно плакала. Это было странным — отчего бы плакать Любе?

Впрочем, несмотря на дурное настроение или наличие у Любы повода для расстройства, обед был в очередной раз выше всяческих похвал.

Грибной суп был ароматным, голубцы таяли во рту, салат казался кулинарным совершенством, десерт из печеных яблок ублажал вкусовые рецепторы, и Нина вдруг подумала, что во время такого обеда жизнь кажется вполне сносной штукой, невзирая на все неприятности последней недели. И все-таки ей хотелось домой.

«Не лги себе, — одернула сама себя Нина. — Возвращение домой ничего не изменит. После этой дурацкой командировки уже ничего не будет как раньше».

В дверь позвонили. Экономка, отставив в сторону графин с брусничным морсом, который она разливала по бокалам, пошла открывать.

— А мы кого-то ждем? — Артем поднял голову от тарелки, которую отчего-то сосредоточенно разглядывал. Как заметила Нина, он всячески старался не встречаться взглядом с сидящей напротив Татой, и это было странно.

"— Нет. — Аббасов пожал плечами. — Но дом никогда не был закрытым, а уж сейчас здесь и вовсе проходной двор.

— Проходите, пожалуйста, — послышался звонкий голосок Любы.

Нина машинально подняла глаза на дверь. Ей вовсе не было интересно, кто еще пожаловал в дом.