Измена. Подарок на Новый год

– Уважаемая Варвара Дмитриевна я вам так скажу, я вас очень хорошо знаю, вы мою бабушку спасли много лет тому назад, бабушке почти 90, а она на танцы ходит, до сих пор вас помнит! Лилия Кузьминична, так что моя святая обязанность помочь вам!

Я вздрогнула. Лилия Кузьминична Бурковская… Так вот откуда мне так хорошо известна его фамилия. Лилия Кузьминична завуч элитного лицея и этот высокомерный мажор ее внук? Не похоже, ну что ж…

– Ваша бабушка замечательный человек, доброго здравия ей!

Бурковский пристально смотрит на меня.

– Варвара Дмитриевна, вы знаете что за все в этой жизни надо платить?

Я смотрю во все глаза на молодого наглого мужчины с волчьим хищным взглядом. Красивый. Слишком я бы сказала. Брутальной сильной мужской красотой. Интересный мужчина. Не зря вся половина женского населения носится за ним. Венера мне уже сказала что наши молоденькие медсестры чуть ли не кипятком по ляшкам писают от него.

– Знаю!

– Так вот несмотря на то что вы первоклассный кардиохирург, это не все равно не дает вам права бесплатно проходить лечение в нашей клинике! Насколько мне известно у вас муж начальник отдела особого отдела! Так вот пусть поднажмет, посадит кого-то, подкинет что-то! Что они там делают? Или честность превыше жизни любимой жены?

Я сглатываю. Вот же подонок. Зачем только про Лилию Кузьминичну тему завел.

Резко встает и подходит ко мне, я вижу, как темнеют его красивые глаза.

– Знаешь, а я ради тебя бы все бы сделал, а ты дура ломаешься! Почему?

У меня перехватывает дыхание. Что? Что я только сейчас услышала…

– Я бы попросила вас выйти из моей палаты! – холодно произношу я. – А я сама в состоянии оплатить эту палату и свое лечение, сбережения у меня есть! Доброй ночи!

Он усмехается.

– Подумай, ты мне понравилась… Я все равно от своего не отступлю! Доброй ночи Варвара Дмитриевна Кологривая! Муженек твой скоро сядет сам поверь, ох не повезет ему в тюрьме, очень не повезет, все заключенные которых он незаслуженно посадил его помнят! Лера Нестерова тоже хорошо!

Толкает дверь и выходит.

Венера с утра мрачно рассматривала результаты моей маммографии, а у меня по телу прошелся липкий пот. Страшно. До жути. Венера была профессионалом своего дела, запись к ней шла за много месяцев. Внутри все сжималось, а судя по желвакам на ее лице хорошего не было ничего для меня так точно.