Отец моей подруги

Напряженные, острые соски упираются ему в ладонь, моля о ласке, твердея от прикосновения шершавых пальцев. Не прерывая поцелуя, дергаю полы его рубашки, желая ощутить обнаженное тело, почувствовать его нарастающий жар. Пуговицы отлетают с треском. Судорожно вздох, стон, когда ощущаю ладонями горячую кожу. Под моими робкими касаниями мышцы напрягаются, перекатываясь буграми. Восхитительно. Как же он великолепен. Внизу живота нарастает тянущая боль.

От поцелуев болят губы, соски все тверже и острее от прикосновений кружащих по ним пальцев.

Изгибаюсь, раскачиваюсь, изнемогаю от наслаждения. Все о чем могу думать – что хочу большего. Чувствовать губы Олега на обнаженной коже. Лежа ощутить вес его тела…

Когда отпускает мои губы, постанывая шепчу его имя, умоляя продолжать, не останавливаться.

– Блядь, девочка, – выдыхает Архипов.

И так много муки в этих словах, что кровь буквально закипает, колотится в висках. Теряю остатки самообладания.

Столько фантазий… так много борьбы с собой… и вот в ближайшие мгновения мои грезы могут превратиться в реальность.

Рука Олега касается края шорт, резкий рывок вниз, и они падают к моим ногам. Пальцы залезают за кружевную полоску трусов, и я вздрагиваю от его прикосновения. Пальцы скользят дальше.

– Мокрая. Какая ты мокрая, Яна.

В его голосе мука, а я так смущена, что делаю шаг назад. Но он не позволяет. Не дает отстраниться.

– Что?.. – задыхаюсь, не договорив фразу, потому что рука Архипова нагло и резко срывает с меня тонкий шелк. Глаза распахиваются от шока, но в следующее мгновение мне уже наплевать… Он не дает ни секунды понять что происходит.

Слегка раздвинув мои ноги, прижимает пальцы к моему лону. Тело потрясенно выгибается ему навстречу. От прикосновения к самому потаенному месту с макушки до пят пронзает током. Ничего подобного я не испытывала никогда. Дышу рвано, урывками, стонами, всхлипами. Пульс зашкаливает. Он… боже… нет. Не так. Такой первый раз… на веранде, как животные, где приспичило. Унизительно… Но невозможно остановиться. И уж тем более остановить Олега.

Его пальцы гладят, прижимают, скользят, сначала медленно, потом все сильнее лаская, мучая разгоряченную, напрягшуюся плоть. Ощущения убийственные, в какой‑то момент кажется, что больше не выдержу, сердце разорвется. Кусаю губы, мычу, чтобы не заорать. Обеими руками вцепляюсь в плечи Архипова, висну на нем, загоняю ногти глубже…

И он глубже. Пальцы во мне… сначала один, потом два. Двигаются внутри, грубо и напористо. Выбивая воздух из горла.