Измена. (не)единственная для дракона (СИ)

А Кэтрин, будто верная телохранительница, вытянулась по стойке смирно за спиной своей королевы, продолжая буравить меня тяжелым взглядом.

Стараясь ее игнорировать, я поинтересовалась:

— И как же вам удалось провернуть такое прямо у всех под носом?

— О, поверь, детка, в этом не было ничего сверхъестественного. Лучшая хитрость — та, что не требует больших усилий. Во многом маги виноваты сами — они поставили нас, фей, в зависимое положение, долгие годы угнетали, не позволяя подняться с колен и проявить себя.

Они привыкли нас недооценивать, а потому очень быстро позабыли, на что мы на самом деле способны. Скажи мне, Лита, ты же знаешь, какая наша главная особенность?

Я задумчиво глянула на Кэтрин, на то, что прячется под ее искусственной личиной.

— Феи способны видеть сквозь иллюзии, — ответила я.

— Верно, — с одобрением улыбнулась королева Мира. — И это то, что никому у нас не отнять. Но если ты единственная фея на весь дворец, а мир кишит надменными темными магами, не способными видеть дальше собственного носа, иллюзии можно использовать и в свою пользу! Так мы и победили короля!

Внезапно меня озарило пониманием.

Теперь ясно, почему в прошлое наше посещение дворца король не стал присутствовать на приеме, а Инграм так настойчиво не пускал нас к нему. Ведь если бы я хоть мельком его увидела, то без труда бы распознала в нем совсем другого человека.

А сегодня я снова сопровождаю Лиама, и королеве уже не осталось смысла прятаться, ведь правда бы в любом случае выплыла наружу.

Оказывается, никакого короля и не было! Все это время под его личиной скрывалась его последняя жена, королева Мира!

Но… в таком случае, что это меняет?

Молчаливый и растерянный до этого Лиам невольно озвучил мои мысли::

— Но разве есть во всем этом какая-то разница, если в итоге один бездушный тиран сменился другим?

Повисла пауза. Несколько запоздало королева приняла обиженный вид и ахнула:

— Сынок, ты правда сравниваешь меня с ним? И это после всего, чему ты сам был свидетелем?

— Ты говоришь, что воспользовалась иллюзией, чтобы обмануть придворных и не поднимать лишний шум, — жестко произнес он, не купившись на притворства матери.

— Чтобы обмануть меня и убедить в своей смерти! Значит, в тот момент, когда я видел твою смерть, умерла вовсе не ты, а король. С тех пор прошло немало лет, но в королевстве не поменялось ровным счетом ничего.