Измена. Любовница моего мужа (СИ)

Если их произнесёшь вслух, они имеют особый эффект. Это уже не просто слова – это мотивация, это стремление, это один из приёмов, которому меня научила Полина, мой психолог. Знала бы она, уверяя, что благодаря моему мужу я прошла все этапы и закрыла дверь в прошлое, что сегодня произошло.

Люди лживы, методики лгут, жизнь – ложь.

Тихие сонные вдохи немного ускоряются, потому спешу обратно к Зойке. Ей тоже снятся кошмары. Только мои реальные, непридуманные. Мой мозг лишь прокручивает в памяти то, что было, рождает вариации, что могло произойти.

Нежно провожу по лицу, успокаивая, и это помогает. Она принимается дышать ровнее, а я клянусь самой себе, что её будущее будет другим. Я сделаю всё, чтобы она никогда не узнала, что такое лишиться детства.

Когда Денис закончил и откинулся, я пыталась встать, но он удержал, поворачиваясь ко мне.

Мы лежали после близости: он желанной, я ненавистной, и смотрели друг другу в глаза. Что бы я сейчас не чувствовала, это следовало удержать в себе.

- Давай начистоту. Тебе просто некуда идти, но я тебя не гоню! – начал говорить.

- Ого! – неискренне удивилась. – Даже так!

- Прекрати, - он скривился, на секунду прикрывая глаза. – Всё останется, как есть. Ты – жена, я – муж, Зойка – любимая дочка.

- А та вторая? Кто она? Подруга семьи? Жена на замену? Любовница с ребёнком?

- Это моё дело. Разве тебе не хочется жить, как раньше? Ну куда ты пойдешь? Куда? – горько усмехнулся он, шумно выдыхая воздух.

- Кто?! – спросила с вызовом. – Ты?!

Меня трясло. Эти слова задели больнее всего. Больнее того, что он только что сейчас сделал.

Я никогда не отдам никому свою дочь, потому что знаю, что такое выживать. Не хочу, чтобы в её жизни были какие-нибудь Раисы и Рыжие.

Будь одна, собрала бы вещи и ушла. Хоть на вокзал, хоть куда, но сейчас, когда в моей жизни есть Зойка, не могу так просто рубить концы. Нельзя совершать поспешных действий, всё следует обдумать.

- Социальная защита или кто там этим всем занимается?

Денис широко зевает, и хочется повторить, но держу сжатыми зубы, смотря на него зло.

- С чего это? – спрашиваю, не размыкая зубов. – С чего её заберут?

- Слав, ей Богу, как ребёнок.