Измена, или Страдай, бывший!

— Почему? Почему вы закрываете глаза на правду? Вы ведь уже всё прекрасно понимаете! Так помогите мне! Вы его не любите.

— Прости что?

Откуда ей знать, кого я люблю, а кого — нет?

Сейчас задумываюсь над словами Алины…

Любила ли я своего мужа, если так быстро перешла к наступательным действиям?

Любила, но боль перечеркнула всё, сожгла нежное чувство, превратив его в пепел. Теперь только боль колотится в груди. И желание причинить ему такую же. Я любила его, но никогда не была одержима человеком. И я готова отпустить его, но только не с имуществом, которое он получил обманным путём от моего отца.

— О чём ты говоришь сейчас, Алина? — повторяю свой вопрос я.

— Вы не любите Дмитрия. Иначе не смогли бы вот так спокойно реагировать. Вы слышали мой разговор с подругой. Не следует притворяться. Вы знаете правду, и я предлагаю сотрудничать. Помогите мне быть вместе с любимым человеком. Я готова сделать всё, что угодно, потому что я не представляю своей жизни без него. Я пожертвовала всем ради него, а теперь он просто хочет избавиться от меня.

Вот это поворот!

Так сразу?

В глазах Алины плещется отчаяние. Нет… она не коварная любовница, способная выносить план по избавлению от жены… она просто влюблённая идиотка, рассчитывающая, что сможет быть с человеком, который… судя по её поведению, пользовался нами обеими.

— Вы поможете мне? Валерия, прошу, не молчите! Отец убьёт меня, если узнает, что я… что беременна от мужчины, который прогоняет меня. Он убьёт нас всех. И Дмитрия тоже. Пожалуйста!

По щекам Алины градинами катятся слёзы.

Вроде бы взрослая, но такая юная в душе.

Не знаю, как правильно реагировать. Просто стою и смотрю на девушку, которая несколько секунд назад призналась мне, что является любовницей моего мужа.

Я ведь теперь не могу закрыть глаза на её слова. Она моментально спутала все карты.

Резко одёргиваю руку, продолжая с каменным выражением смотреть на любовницу муженька. Хоть и хочется рассмеяться, глядя на неё, но я держусь из последних сил.

— Вы же наверняка догадывались! Прошу вас, скажите, что мне это не померещилось? Господи! Что же я натворила?

Алина хватается за голову, она стискивает зубы, рыдает и смотрит на меня растерянно.