Измена, или Страдай, бывший!

Тебе бы не пришлось иметь дело со скучными совещаниями, а я…

— Кто тебе сказал, что мне было скучно? Я здорово провела время и многое почерпнула.

Сажусь в кресло и делаю глоток кофе. Сливочный вкус с тонкими нотками солёной карамели восхитителен.

— Вкусно.

Скворцов только угукает в ответ.

— Я видел, с каким видом ты сидела, когда шло совещание. Ты уверена, что действительно хочешь посвящать этому время? Могла бы потратить его на походы по салонам красоты и…

— Серьёзно? Я и салоны красоты? Скажешь тоже. Я не из тех дамочек, кто оставляет там кучу денег.

Андрей не в силах сдерживать смех. Он смеётся так задорно, что мне начинает казаться, будто я помню его. Он и раньше смеялся точно так же. Напряжение мгновенно отпускает меня. Расслабляюсь, хоть совсем недавно готова была сражаться за правду, которую мне никто не хочет рассказывать.

— Прости, просто ты мне напомнила ту девочку, что часто дула губки и говорила, что она не принцесса какая-то, чтобы заплетать красивые причёски и ходить в розовых платьях.

— Так и есть!

Я помню это. Помню, как мама пыталась нарядить меня в кружева, а я противилась. К сожалению, я слишком мало воспоминаний сохранила о днях, проведённых вместе с ней.

— К тому же, я не хочу, чтобы Дима прямо сейчас понял, что я знаю всё о его похождениях. Мне хочется помучить его ещё немного.

Не говорю Андрею, что помимо прочего хочу лишить муженька всего. Слишком жестоко? Пусть так, но он недостоин получить то, что дал ему мой отец.

— Ему или себе? Ты же себя в первую очередь мучаешь? Можно сделать всего один звонок, и о твоём муже никто больше не услышит.

Я ахаю, широко распахнув глаза. Убивать его я не планировала. Именно это предложил Андрей?

— Не считай меня маньяком. Я не про киллера, а про отца Алины. Всё можно сделать быстрее, чем тебе кажется.

— Ты уверен, что её отец не попытается завладеть акциями моего муженька и навредить компании?

Андрей задумывается.

Эту мысль он себе не допускал, а теперь бледнеет и выглядит смущённым.

— Хоть где-то ты просчитался, Холмс.