Измена, или Страдай, бывший!

— Ты не сделал мне ничего плохого… Когда мне было плохо, ты был рядом. Это мамино решение — не твоё. Наверное, она очень сильно любила тебя, раз бросилась прикрывать. Нажал на курок не ты, дядя… и я не могу ненавидеть тебя. Откровенно говоря, я и отца не смогла возненавидеть. Я хотела бы, но всё, что помню о нём… всё то время, которое он провёл вместе со мной… он любил меня. И маму любил. Ревность уничтожила вас троих. Нельзя сейчас продолжать закапывать себя. Это ведь никому не поможет. Лучше просто двигаться дальше.

— Ты сильно выросла. Говоришь совсем, как твоя мать. Она бы сейчас сказала точно такие же слова — уверен в этом. Мне жаль, что я не сумел уберечь её.

— Не вини себя, дядя. Ты слишком много времени прожил в затворничестве. Теперь пора выбираться из кокона. Мама пожертвовала собой, чтобы ты жил, а не существовал. Если бы только я узнала правду раньше…

— Это ещё не всё. У меня для тебя есть ещё кое-что… Это оставил твоей отец. Шкатулка с секретным кодом. Он сказал, что код ты точно знаешь.

Дядя сжимает мою руку и впервые улыбается мне. Сквозь боль, но это искренняя улыбка. Не могу даже представить себе, как он жил всё это время. В ненависти к самому себе. Всё это время он винил себя одного в смерти моей мамы. Не смог встретить другую женщину и создать семью, потому что продолжал любить маму.

— Поезжай в мой дом. Верочка отдаст шкатулку тебе.

— Спасибо. Я поеду, но не сегодня. Вечером назначена важная встреча…

— Уж не с Комаровым ли Игорем?

— С ним… У тебя с ним какие-то общие дела?

— Нет у меня с ним никаких дел. Мы знакомы, конечно… но никаких общих дел не имеем.

— Тогда почему вы с ним встречались?

Понимаю, что ухожу от основной темы, потому что хватит ворошить прошлое. Это слишком тяжело. Слишком. Мне следует просто отказаться от мыслей о том, что мой отец всё это время был убийцей.

— А ты следишь за мной, племянница?

— Не я… и не за тобой, — отрицательно качаю головой.

— Я рад, что вы с Андреем нашли путь друг к другу. У вас была светлая любовь в детстве. И я очень хочу верить, что сейчас она станет сильнее.