Измена. Бес в ребро

— Кто вы, и что вы делаете в доме Александра Михайловича? — раздался звонкий голос у меня за спиной, вырывая меня из разнеженного состояния.

Сорок пятая глава

Сердце моё вначале дёрнулось и проскочила мысль, что недолго длилось моё счастье. Нечего было и пытаться.

Потом я вспомнила, как Саша меня вчера укладывал, поправляя одеяло, как улыбался по дороге.

Нет. Не складывается картинка. Нелогично. Не похоже на продуманного Александра Михайловича.

И я медленно повернула голову, чтобы посмотреть на вошедшую женщину.

Нет, девушку. Даже скорее девочку.

Наспех накрашенные глаза, явно только что расплетённые косы и странная одежда.

Рыженькая. Веснушчатая. Хорошенькая до невозможности. Она выпячивала губы и смотрела на меня с предвкушением. Я б даже сказала с исследовательским интересом.

— Кто ты? И как тебя зовут? — спросила я это чудо.

— Я Настенька, ой, Анастасия Дмитриевна, невеста Александра Михайловича. И я тут живу! А вы кто? — ответила она, взбивая жестом умудрённой женщины свои рыжие кудряшки.

"— Ах, невеста! — протянула я, глядя с улыбкой на абсолютно обалдевшего и растерянного Сашу за её спиной.

Он стоял на пороге веранды. И рядом с ним рыжий мужик в клетчатой рубашке и с трёхлитровой банкой молока в руках.

— Михалыч, держи! — сказал этот мужик, передавая банку Саше. — я сейчас одной невесте здесь, косы её и подправлю!

— Ой! А что вы так быстро пришли! — вскрикнула Настенька, моментально превратившаяся в испуганного подростка и отступая от мужчин.

— А ну, иди сюда! Егоза! — грозно рыкнул её отец, весело сверкнув глазами в мою сторону.

— Пап, ну я же хотела как лучше! Она должна была сбежать от него в слезах. А он бы не знал куда. И решил, что она его бросила. А у неё уже ребёночек от него бы был. И они бы через три года встретились, а... — слышали мы все удаляющиеся голоса.

Прелесть какая. Я закрыла лицо ладонями и не смогла сдержать смеха. Изумлённое лицо Саши стоило того, чтобы поучаствовать в выступлении соседского цыплёнка.

Тёплые, чуть шершавые ладони коснулись моих рук и аккуратно отодвинули их от лица. Он сидел на корточках передо мной. Его улыбающиеся глаза напротив моего лица. Близко. Воздух уплотнился между нами. Его невозможно никак было вдохнуть. Стало вдруг жарко. И совсем не до смеха.

— Я принёс деревенского молока и творога со сметаной. Соседи приглядывают за домом в моё отсутствие, а я разживаюсь у них молочкой, когда приезжаю.